Читаем Знак Зорро полностью

На следующее утро буря прекратилась. Ни одно облачко не затемняло прекрасного голубого цвета неба. Солнце было яркое, и листья пальм сверкали в нем, воздух был живителен, струясь вдоль долины с моря.

Утром дон Диего вышел из своего дома в село, натягивая кожаные перчатки для верховой езды, и остановился на мгновенье, поглядывая через площадь на маленькую таверну. Из-за дома слуга индеец вел его лошадь.

Хотя дон Диего не скакал галопом через холмы вдоль Эль Камино Реаль, подобно идиоту, но все же он обладал прекрасным скакуном. Животное отличалось живостью, быстрым ходом и выносливостью, и многие юноши желали бы купить его, но дон Диего не нуждался в деньгах и хотел сохранить лошадь за собою.

Седло было тяжелое, и на поверхности его было больше серебра, чем кожи. Уздечка была также отделана серебром, и с боков ее висели кожаные шарики, украшенные полудрагоценными каменьями, которые сверкали в ярком солнечном свете, свидетельствуя всему миру о богатстве и престиже дона Диего.

Дон Диего стал садиться на лошадь, а около десятка человек, шатавшихся по площади, наблюдали за ним, силясь скрыть насмешливые улыбки. В те времена было принято, чтобы юноша, прыгнув с земли в седло и подхватив поводья, вонзил в бока лошади длинные шпоры и исчез бы в облаке пыли, и все это должно было сливаться в одном движении.

Но дон Диего садился на коня так же, как он делал и все остальное, - без поспешности или увлечения. Туземец держал стремя, и дон Диего продел в него носок сапога, потом собрал поводья в одну руку и вскочил в седло с таким видом, как будто это была не малая задача.

После этого туземец поддержал другое стремя, направил в него второй сапог дона Диего и отошел, а хозяин назвал великолепное животное по имени и медленно тронулся по краю площади на север. Достигнув дороги, дон Диего пустился рысью и, миновав таким образом несколько миль, пустил лошадь медленным галопом.

Люди работали на полях и огородах, туземцы пасли стада. Время от времени дон Диего проезжал миме громоздкой повозки и кланялся тем, кто был в ней. Один раз молодой человек, которого он знал, галопом промчался мимо нега, направляясь в село. После того как он проехал, дон Диего остановил лошадь, чтобы отряхнуть пыль со своей одежды.

В это ясное утро его одежда была более великолепна, нежели обыкновенно. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы оценить богатство и положение ее обладателя. Дон Диего одевался с большой тщательностью, делая выговоры своим слугам, если новый серапэ был недостаточно хорошо выглажен, и тратя много времени на чистку сапог.

Он проехал расстояние в четыре мили и, затем, свернув с большой дороги, направился по узкой, пыльной тропинке, которая вела к группе зданий, находившихся на некотором расстоянии у склона горы. Дон Диего Вега намеревался посетить дона Карлоса Пулидо.

Этот самый дон Карлос претерпел многочисленные превратности судьбы в течение нескольких последних лет. Когда-то по положению, богатству и происхождению он был первым после отца дона Диего. Но сделал ошибку, примкнув не к той политической партии, к которой следовало, и вследствие этого лишился части своих обширных земельных владений, а собиратели податей надоедали ему от имени губернатора до тех пор, пока от его прежнего богатства не остались лишь жалкие крохи; но унаследованное им достоинство рода сохранилось при нем.

В это утро дон Карлос сидел на веранде гациенды, раздумывая над временами, совсем не соответствовавшими его вкусу. Жена, донья Каталина, возлюбленная его юности и всей жизни, была дома и отдавала приказания слугам. Единственная дочь, сеньорита Лолита также была там и перебирала струны гитары, мечтая, как только может мечтать восемнадцатилетняя девушка. Дон Карлос поднял поседевшую голову и взглянул на вившуюся вдали тропинку. На ней он увидел небольшое облако пыли. Оно подсказало ему, что к гациенде приближается какой-то одинокий всадник, и дон Карлос с боязнью ожидал прибытия еще одного собирателя податей.

Он заслонил рукой глаза и стал внимательно следить за приближавшимся всадником. Заметив, что тот едет не спеша, он вдруг обрадовался, потому что увидел, как солнце сверкало на серебре седла и уздечки, а он знал, что при исполнении своих обязанностей военные не пользовались такой богатой упряжью.

Всадник сделал последний поворот и теперь был хорошо виден с веранды дома. Дон Карлос протер глаза и снова взглянул, чтобы проверить свое предположение. Даже на таком расстоянии престарелый дон Карлос мог установить личность всадника.

- Это дон Диего Вега, - прошептал он. - Да помогут святые, чтобы это послужило наконец изменению моей судьбы к лучшему.

Он знал, что дон Диего может ехать к нему только с обыкновенным дружеским визитом, но все же и это будет иметь некоторое значение, так как, если кругом станет известно, что семья Вега находится в хороших отношениях с семьей Пулидо, то даже политиканствующие правители дважды подумают, прежде чем продолжать беспокоить дона Карлоса, потому что Вега были силой в стране.