Читаем Змеиный клубок полностью

Оставшись в одиночестве, Коржов достал из аптечки шприц, наполнил раствором наркотика и вколол в вену. «Ничего страшного, – словив кайф, подумал он. – Справимся с этой проблемой. Помимо мордобоя есть и другие средства, гораздо более эффективные!»

Данилов заметил за собой слежку почти сразу. Сказалась многолетняя выучка профессионального диверсанта, тем паче что двадцатилетние обормоты действовали на редкость топорно и чуть ли не наступали ему на пятки. Доставив Кулебякина домой, Виктор хотел было оторваться от «хвоста», но потом передумал. «Пускай выследят, – решил он. – Тогда будет легче выяснить, что тут происходит».

Дома он принял горячий душ и устало растянулся на диване. Денек выдался хлопотный. Кулебякин носился по городу, как собака, которой привязали к хвосту консервную банку. Они успели побывать в самых разнообразных местах – от шикарного офиса преуспевающей фирмы до затрапезного ресторанчика на окраине. Всюду Кулебякин встречался с какими-то людьми, о чем-то беседовал. Дела у него, похоже, шли не блестяще. К концу дня коммерсант напоминал лицом утопленника, беспрестанно курил, шептал неразборчивые проклятия.

«Где-то этот сукин кот здорово нагадил, – подумал Данилов. – Теперь пытается выкрутиться, да не получается. Эх, дурак я дурак, что с ним связался. Однако придется работать! Слово дано, аванс получен. Твою мать! Вот до чего пьянство доводит! Кстати, о пьянстве, не выпить ли с горя?»

Повод показался подходящим. Отбросив слабые доводы рассудка в пользу трезвости, Виктор решительно оделся, вышел на улицу и направился в бар «Розовый слон». «Сильно напиваться не буду. Посижу немного, и обратно», – утешал он себя. В баре кипела пьяная жизнь. Спиртное лилось рекой. Галдели захмелевшие гуляки.

Шустрый бармен бессовестно обсчитывал осоловевших посетителей. Воздух превратился в густую смесь перегара и табачного дыма. Купив стакан бренди, Виктор с трудом разыскал свободное место. Помимо него за столиком сидели еще четверо мужчин. Один беспрерывно травил анекдоты. Остальные ржали.

– Илья Муромец просыпается с большого бодуна, смотрит: все кругом перекорежено, дубы с корнем выворочены, Бабу Ягу кто-то в ступу головой вниз засунул... Вынимает ее и спрашивает: «Да кто же тебя так, бабушка?..» – «Ой, – плачет Яга, – Илюшенька, какой ты добрый, когда трезвый!..»

– Гы-гы-гы!.. Ха-ха-ха! Молодец, браток! Валяй еще!..

– Пожалуйста. В трамвае парень втискивается на сиденье и говорит сидящему рядом старику: «Ну ты, жопа, подвинься!» – «А откуда вы знаете мою старую партийную кличку?..»

– А-ха-ха-ой – класс!!!

Данилов невольно улыбнулся. Затем сделал хороший глоток. В желудке вспыхнул приятный огонек, настроение заметно улучшилось...

– Он в баре «Розовый слон». Похоже, угнездился надолго! – выпалил запыхавшийся от быстрого бега по лестнице один из наблюдавших за Даниловым «шестерок».

Другой остался на посту.

– Подойдите к нему и вразумительно объясните, чтобы отвалил от этого дела, если хочет живым остаться, – ответил Коржов.

– Хорошо! – отчеканил парень и моментально испарился.

Стас уже успел кольнуться, прибалдел, поэтому забыл предупредить молодых бандитов, что объяснять нужно вежливо, не нарываясь на приключения...

Пробыв в «Розовом слоне» не менее трех часов и основательно нагрузившись, Виктор наконец засобирался домой. С минуту он размышлял, не выпить ли стаканчик на посошок. Но в конце концов героическим усилием воли удержался от соблазна. Тоскливо поглядев на стойку, Данилов вздохнул, отворил дверь и вышел на улицу. Этот район в отличие от многих других был хорошо освещен. Пушистый снег на ветвях деревьев искрился в свете уличных фонарей. Прохожие попадались редко. Час был поздний.

– Тормози, мужик! – окликнул Виктора нахальный тенор. – Разговор есть!

Данилов обернулся. К нему вразвалку приближались двое парней в небрежно распахнутых дубленках. Лица Стасовых «шестерок» выражали наглость и самодовольство. Они не знали, что случилось с Фомой и Быком, поэтому собирались проявить крутость, благо мужик не производил впечатления опасного противника.

– Слушай сюда! – свысока обратился к Данилову первый из «шестерок», по имени Вася. – Отваливай от этого дела, иначе плохо будет! Усек?!

Виктор молчал.

– Дядя не понимает, – хихикнул второй, которого звали Коля. – Придется объяснить доходчиво.

Считавший себя прекрасным бойцом (поскольку прозанимался два года карате) Вася нанес Данилову удар ногой в лицо.

Вася так никогда и не понял, что с ним произошло дальше. Запомнились только пронизавшая тело острая боль, падение, удар головой об обледеневший асфальт, желтые искры из глаз и истошный вопль Коли, получившего носком ботинка в пах. Затем до поверженного «каратиста» донесся насмешливый голос Данилова, посоветовавшего ему быть хорошим мальчиком и не приставать к прохожим на улице.