Читаем Зловещий детдом полностью

– Я знаю, – поспешил Колган блеснуть информированностью. – Зовут его, кажется, Федор Степанович, – он сделал вид, что напряженно вспоминает, и щелкнул пальцами: – Зыбин.

– М-да, – Лева потер подбородок. – Никогда бы не подумал, что вы так работаете. Как полиция.

– Государство серьезно относится к таким вопросам, – кивнул он и снова выжидающе уставился Татьяне в глаза.

– Что? – растерялась она.

– Как мне с ним связаться?

– Просто, – догадалась она. – Деревня так и называется – Федорки. Это километров сорок от города…

* * *

Матвей дождался, когда загорится зеленый сигнал светофора, и отпустил сцепление. Просвистев резиной по обледеневшему асфальту, он снарядом бросил машину между тащившимся троллейбусом и маршруткой.

– Ты что творишь! – взвизгнула Марта, одной рукой хватая покатившийся с коленок ноутбук, второй вцепившись в ручку дверцы.

– Проспект Текстильщиков, – бросив взгляд на забрызганную ржавчиной табличку, украшавшую угол старинного здания, сказал Матвей.

Марта опустила взгляд в экран ноутбука.

Матвей улыбнулся. Он и так знал, что на следующем перекрестке им нужно повернуть.

– На пересечении с Комсомольской уходим вправо, – в подтверждение его мыслям сказала она. – Кто-то говорил, что тебе достаточно двух минут, чтобы план города переместился с бумаги в голову.

– Так и есть, – кивнул Матвей, перестраиваясь в правый ряд. – Могу даже сказать, что следующий перекресток по Комсомольской как раз и есть улица Островского.

– Чего же ты меня заставляешь эту бандуру по салону ловить? – захныкала она, опуская крышку ноутбука.

– Когда у женщины заняты руки и мозг, легче думается, – улыбнулся он.

– Значит, это ты мне работу нашел, чтобы я не мешала? – догадалась Марта.

– Почему? – удивился Матвей. – Совсем нет. Но мой ответ тебя не успокоит.

– Говори, – разрешила она.

– Я хотел, чтобы тебе казалось, будто без тебя я ну просто никуда! – он рассмеялся.

Марта надулась:

– Ты обвиняешь меня в бесполезности.

– Совсем нет, – покачал головой Матвей. – Я воспринимаю тебя как данность.

– Спасибо, – упавшим голосом сказала она и отвернулась в окно.

В Костроме они со вчерашнего вечера. Было воскресенье, и остаток дня посвятили тому, что прогулялись вдоль набережной замерзшей Волги да посидели в кафе. Переночевав в гостинице и дождавшись, когда с улиц этого небольшого городка схлынут машины, отправились на встречу с экспертом. Впрочем, встреча в их случае – понятие условное. Еще неизвестно, пожелает или нет с ними общаться этот самый эксперт.

– Приехали! – Марта показала пальцем на табличку справа от входа в серое здание.

– Бюро судебной экспертизы, – прочитал вслух Матвей и остановил машину.

Они прошли в здание. В небольшом и темном фойе за столом сидел мужчина в камуфлированной форме. Оторвавшись от чтения какой-то книги, он удивленно-вызывающе уставился на посетителей.

– А как нам увидеть судебно-медицинского эксперта Голованова?

– Голованова? – переспросил мужчина и задумчиво посмотрел на дверь справа. – Кажется, он только что прошел…

– А как он выглядит? – Матвей медленно подошел к столу.

– Обычно, – мужчина пожал плечами. – Он единственный среди всех с усами…

– Мы пройдем? – Матвей выжидающе посмотрел на мужчину.

– Погодите, я должен ему позвонить, – мужчина взял трубку и стал набирать номер.

Двери открылись, и в фойе вошли сразу несколько солидно выглядевших мужчин и женщина с болезненным лицом.

– Алло, Илья Николаевич? – оживился охранник. – Тут к вам пришли… Ага, – он поднял на Матвея взгляд: – Проходите. По коридору первая дверь по правой стороне…

Увлекая за собой Марту, Матвей устремился через фойе.

Голованов сидел за одним из нескольких столов. Не узнать его было невозможно, он был в кабинете один и с усами.

– Здравствуйте! – поприветствовал с порога Матвей. – Моя фамилия Ткачев. Я родственник погибших два месяца назад в Кряжках Суркиных.

– И что? – Голованов удивленно уставился на него.

– Хотелось бы узнать детали, – Матвей развел руками. – У меня, – он оглянулся на Марту и поправился: – У нас в голове не укладывается, как такое могло случиться? Мы до сих пор считаем, что смерть наступила не от пожара.

– Напомните, о ком речь? – беря с края стола какой-то журнал в драной обложке, нахмурился врач.

– Сур-ки-ны, – по складам сказал Матвей.

– Так, – протянул Голованов, листая страницы. – Ноябрь… Так… Так-так! – вчитываясь в текст, он нахмурил лоб, хмыкнул и снова уставился на Матвея: – Извините, но смерть наступила в результате пожара.

– А подробнее можно? – неожиданно вмешалась в разговор Марта. – Дело в том, что я врач, и мне будет понятней ваш вывод.

– Были осмотрены дыхательные пути, трахеи, бронхи. В них обнаружена копоть, имелись сильные ожоги слизистой. То есть, – Голованов закрыл журнал, – погибшие вдыхали раскаленный воздух. Как вы понимаете, по-другому все это у них появиться не могло.

– А кровь? – она посмотрела на Матвея и вновь уставилась на врача. – Может, в ней был алкоголь?