– Не совсем, – Пия протянула ему фотооткрытку, которую положила в пакет для вещественных доказательств. – Может быть, тебе это как-то пригодится.

– Ты умная девочка. – Кристиан Крёгер стал рассматривать фото. – Даже если это не тот черный «Хаммер», который стоял перед домом Ханны Херцманн.

Воскресенье, 27 июня 2010

Улица, освещенная тусклым светом двух фонарей, казалась вымершей. Без десяти четыре утра в гостинице «Рудольф» было тихо, ни в одном из окон не было света. Бернд велел ей посмотреть, нет ли поблизости чужих автомобилей, прежде чем она выйдет из машины и откроет ворота. Он предложил ей даже отвезти ее домой, но она отказалась. Она медленно проехала по улице, свернула налево в Хайнграбен и у «Рудольфа» опять выехала на Альт-Нидерхофхаймер. Ничего подозрительного. Машины соседей она знала, а у всех остальных автомобилей, которые попались ей на глаза, были номера округа Майн-Таунус. Если это будет продолжаться, у нее когда-нибудь разовьется мания преследования. Леония остановилась перед воротами усадьбы, вышла и открыла калитку. Датчик движения среагировал, над дверью дома вспыхнул прожектор, и весь двор осветился ярким светом. Она отодвинула засов и открыла ворота. Вообще-то она не была особенно пугливой, хотя уже много лет жила одна, но последние несколько дней, когда темнело, у нее возникало какое-то странное неприятное ощущение. Интуиция редко ее обманывала. Если бы она только прислушалась к своему инстинкту и не вмешивала Ханну Херцманн во все это дело, то у них не было бы сейчас всех этих проблем! Ее неприязнь к этой высокомерной, тщеславной особе стала беспредельной. Из-за нее они только что по-настоящему поссорились!

Леония въехала на машине во двор и тщательно задвинула засов. В доме она прошла на кухню и достала из холодильника бутылку колы-лайт. Ее язык приклеился к нёбу. Жажда была так сильна, что она залпом выпила пол-литровую бутылку. Одной рукой она, как договаривались, набрала эсэмэску: «Все в порядке, я дома».

Она сбросила с ног туфли и пошла в туалет, который вообще-то предназначался для ее пациенток. Весь день ее мучил ужасный метеоризм, но она просто не могла воспользоваться туалетом где-нибудь в другом месте. Облегчившись, она приоткрыла окно и вышла. Мимоходом она нажала выключатель, и ее охватил смертельный страх. Прямо перед ней стояли две фигуры в масках и в натянутых глубоко на глаза бейсболках.

– Что… что вы здесь делаете? – Леония попыталась придать своему голосу твердость, хотя ее сердце готово было выпрыгнуть из груди. – Как вы сюда попали?

Черт возьми! Мобильник остался на кухонном столе. Она медленно попятилась назад. Может быть, ей побежать вверх по лестнице, закрыться в спальне и из окна звать на помощь? А был ли вообще ключ в двери? Еще один шаг назад. До лестницы метра полтора. Не смотреть туда, подумала она, просто побежать, рассчитывая на эффект внезапности. Рывком она сможет это сделать. Она напрягла мышцы и помчалась, но тот из мужчин, который был выше ростом, среагировал молниеносно. Он схватил ее за руку и сильным грубым толчком отбросил назад. Крепкая рука схватила ее за шею и с такой силой ударила головой о стену, что она с помутненным сознанием опустилась на колени. Сначала у нее перед глазами поплыли звездочки, потом все стало двоиться. Теплая жидкость побежала у нее по щеке, капая с подбородка на пол. Она вспомнила о Ханне, о том, что с ней произошло. Они тоже ее изобьют и изнасилуют? Леония дрожала всем телом, страх перешел в настоящую панику, когда она услышала громкий шум. В следующий момент ее схватили за ноги и потащили по полу в лечебное помещение. Она цеплялась за дверную коробку, пыталась ухватиться за что-нибудь, дрыгала ногами. От болезненного удара в ребра у нее перехватило дыхание, и она прекратила сопротивление.

– Пожалуйста, – задыхаясь, пробормотала она в отчаянии, – пожалуйста, пощадите меня.