Зимний король все еще с неверием косился на Шена.

— Я не знал, что это он! Не знал!

— Расколдуй его!

— Я не могу. Я не могу. Уже поздно. Стужа в нем! Ее не извлечь. Он продолжит замерзать, пока…

Руки Муана еще сильнее прижали его к груди.

— Нет, это не так, — решительно произнес он. — Он дышит. Он дышит. Я чувствую его дыхание. Он не уйдет от меня вот так.

Муан чувствовал, как его ладони колет стужа. Они начинали медленно леденеть вслед за телом Шена. На мгновение он подумал, что, может, весь заледенеет? Они вместе застынут вот так…

— Нет! Он не умрет, — произнес Муан, обрывая отчаянные мысли. — Он не умрет. Он особенный.

— Ни свет, ни тьма не способны противостоять зимней стуже. Она выжигает все. Я… — Зимний король прикрыл лицо руками. — Я на самом деле никогда бы не пожелал, чтобы это был он…

— Хватит хоронить его раньше времени! — разозлился Муан. — Сделай горячую ванну, я не знаю! Сделайте хоть что-нибудь!!

«Шен! Шен! Ты такой идиот! Я оставил тебя всего на несколько минут, как ты мог снова так вляпаться?! Шен! Ответь мне, Шен!»

Муан подхватил его на руки и пошел, следуя за фейри.

В купальне стоял удушающе-горячий пар. Зайдя внутрь, Муан немедленно почувствовал, что по спине текут струйки пота. Из-за пара было почти ничего не видно.

Не раздеваясь, он ступил в обжигающую воду, держа проклятого старейшину на руках. Вода полоснула огнем, но мечник прошел еще дальше и опустился на колени, погружая лежащее на его руках ледяное изваяние в воду. Немедленно температура воды опустилась на несколько десятков градусов, а покрытые инеем волосы стали свободно извиваться в воде.

Муан наклонился и накрыл его губы поцелуем, вдувая в легкие теплый воздух.

— Я больше не поцелую тебя, пока ты не скажешь, что любишь меня, — прошептал он.

Горячий пар все еще клубился в воздухе, но вода стала покрываться корочкой льда.

Глава 127.2. Тепло твоей тьмы

Та зима выдалась странной. Сначала стояли морозы, да такие, что кровь стыла в жилах, а земля промерзала до основания, а затем обрушились дожди. Почки стали набухать на деревьях, трава начала зеленеть. Но дождевые облака сменил град, бьющий молодые побеги, и стужа, заставляющая сердца людей леденеть. Казалось, сама природа пожелала свести со свету человеческий род.

Болезненно-бледный человек шел по проселочной дороге, ступая по стылой земле. Серый подол его одежд вымок и был обляпан грязью.

— Что ты здесь делаешь, фейри? — остановившись, обратился он к существу, сидящему у обочины и хмуро кидающему камушки в большую, разлившуюся на всю дорогу лужу.

Фейри вскинул голову, тряхнув копной пепельных волос, и недовольно глянул на обратившегося к нему человека.

— Иди своей дорогой, заклинатель, — отозвался он.

— Только если ты пойдешь своей.

— Тебе есть дело до того, что я здесь делаю? Я ищу свою сестру, ясно? Я потерял ее.

Человек неожиданно пошатнулся, но устоял на ногах, а затем подошел к обочине и сел рядом с фейри.

— Я тоже потерял свою сестру, — произнес он. — Вот только моя сестра не вернется, сколько бы я ни искал.

Фейри снисходительно покосился на него, собираясь ляпнуть что-то про глупых людей, но осекся, увидев, как смотрят на грязь перед ними его глаза.

— Не вернется? — вместо колкости произнес фейри.

Человек улыбнулся с горечью. Казалось, даже в плаче навзрыд куда меньше отчаянья, чем в этой мимолетной улыбке, тронувшей его губы.

— Как зовут твою сестру, фейри?

— Ее зовут Мира, фейри зимних полей. Она должна была проводить Зимний бал как Зимняя королева. Зима бунтует.

— Иди, фейри, сам проведи Зимний бал, у тебя получится стать Зимним королем. Угомони природу, приструни зимнюю стужу, а я обещаю, что поищу твою сестру в мире людей.

— Ты обещаешь?

— Я буду искать ее, пока не найду.

Фейри поднялся и кинул на человека последний прощальный взгляд. Он никогда не доверял людским словам, но этому человеку почему-то поверил. Возможно, потому что он был так же потерян, как и его сестра?

— Эй, человек, — уже пройдя несколько шагов, обернулся фейри, — меня зовут Элас. А как твое имя?

— Меня зовут Шен.

С тех пор зимний король видел его лишь единожды, и не думал, что увидит вновь. Он решил так потому, что в последнюю их встречу этот человек собирался умереть.

Шен медленно открыл глаза и увидел в метре от себя пылающий в камине огонь. Было тепло и уютно, его окутывали меха, голову легонько поглаживала теплая рука и… До Шена дошло, что он лежит на чем-то живом и теплом.

«Чегось?»

Он резко подскочил, поворачиваясь и сбрасывая с головы руку, и уставился в глаза Муана, оказавшиеся в каких-то считанных сантиметрах от его собственных глаз. Его руки упирались в его обнаженную грудь, и Шен с удивлением почувствовал, будто через подушечки его пальцев, дотрагивающиеся до кожи, проходят разряды тока.

Он бы отстранился, но сзади его удерживала рука, лежащая на его спине.

— Тебе тепло? — не мигая глядя на него, спросил Муан.

— А-ага.

— Что ж, хорошо.