Шен и в самом деле рассматривал его, будто впервые увидел. Улыбка Ала стала еще шире.

— Я уже давно не тот мальчишка, которого нужно было спасать на Тропе тигра. Наконец-то вы заметили, да?

Все еще сжимая чужое предплечье, Ал дернул его на себя, заставляя Шена приблизиться на шаг, и прошептал на ухо:

— Теперь вы понимаете, что не должны говорить со мной так грубо? Вы должны быть заинтересованы, чтобы я был в хорошем расположении духа. Ведь в ином случае, кто знает, может быть, я случайно обмолвлюсь кому-то еще.

«У меня появился рычаг давления».

Зная, что Шен из другого мира, Ал сразу решил, что будет помогать ему всеми силами, никогда не думал о том, что может использовать это знание против него. В душе парня до сих пор было лишь намерение помогать. Но он был так зол сейчас, что слова сами собой срывались с губ, а в мыслях было лишь желание ударить побольнее.

Шен выдернул свою руку из его хватки и отступил на шаг, все еще внимательно изучая стоящего напротив Ала.

— Я не твой учитель, — произнес он.

Ал саркастично приподнял бровь, всем своим видом выражая, что и так прекрасно осведомлен об этом.

— Ты прав, я не могу быть твоим учителем. Ты не можешь быть моим учеником. Мой ученик никогда бы не пошел на шантаж, забывая о чести и совести. Какой из меня учитель? Я слагаю с себя эти полномочия.

— Ты смеешься надо мной? — разозлился Ал.

— Мир смеется над тобой. И надо мной тоже. Как бы ни менялись наши роли, сюжет остается неизменным.

Ал зло смотрел на него, не понимая, что он несет.

— Поступай как хочешь. Если думаешь, что в этом есть смысл, — расскажи всем вокруг, что я пришелец из другого мира. Если не боишься, что тебя сочтут сумасшедшим, — дерзай. Твое слово против моего. Думаешь, кому поверят? Или ты искренне полагал, что эта глупая детская угроза заставит меня тебе прислуживать?

На лбу Ала вздулась вена, он плотно сжал побелевшие губы.

— Я… не этого хотел, — с трудом выдавил он.

Шен лишь отрывисто вздохнул.

— Я просто… просто… беспокоюсь о вас…

Перед глазами вновь встала сцена возле костра. Почему это так раздражает?! И почему он даже не может произнести это вслух?!

«Сколько раз я пытался стать тебе другом? И каждый раз ты отмахивался от моих попыток, будто они ничего не стоят! Почему ты продолжаешь так вести себя со мной и вместе с тем позволяешь Муану такую фамильярность?!»

— Нет, — коротко произнес Шен.

— Нет? — непонимающе переспросил Ал.

— Ты не обо мне беспокоишься.

Его спокойный тон раздражал парня больше, чем слова.

— О чем же тогда? — Бровь Ала нервно задергалась, когда он задал этот вопрос.

— Думаешь, я не заметил, как ты борешься за мое внимание? Я надеялся, что если немного подождать, то твое маниакальное обожание учителя пройдет и я настоящий наконец стану тем Шеном, которого ты видишь. Но ты продолжаешь загонять меня в выдуманные рамки. Я пытался как мог не слишком противоречить твоим ожиданиям, но это чертовски сложно. В своих попытках я растерял последнее уважение в твоих глазах. Теперь я даже не прекрасный учитель, которого ранее видели твои глаза. Теперь ты просто хочешь отыграться на мне за то, что твои ожидания не оправдались.

Какого черта?.. Ал опешил. Как этот человек умудрился вновь так перевернуть все его слова и мотивы?!

— Я — Шен, старейшина пика Черного лотоса, нравится тебе это или нет. Можешь принять, можешь отрицать, это будет только твоим решением. Научись брать ответственность за свои слова и поступки. Это последнее мое тебе наставление.

Сказав это, Шен отвернулся и пошел прочь.

— Учитель!..

Шен вновь обернулся к Алу.

— Я — Шен, — повторил он, — но я больше никогда не назову себя твоим учителем.

<p>Глава 149. Восемь тихих цветов</p>

Золотой преобладал в интерьере. На широком массивном троне восседал человек в расшитом золотой нитью одеянии. На столе перед ним лежали свитки с донесениями из разных концов страны. В руках он сжимал один из них, с совершенно ошеломительными дурными вестями. Город в сердце восточных земель страны обезлюдел, и никто не знал причины. Нет трупов, нет свидетельств, что жители переселились. Они все словно растворились в воздухе.

Если бы событие не было столь серьезным, император решил бы, что все это дурная шутка.

— Позовите великого генерала Ира.

Ир Шуэр прибыл через несколько минут. Император протянул свиток с донесением стоящему подле трона главному евнуху, а тот передал его генералу. Шуэр развернул свиток и вчитался в строки.

— Насколько мне известно, заклинательский орден, возглавляемый твоим братом, находится неподалеку от места происшествия. Возможно ли, что у этого события демонические корни? Тебе что-нибудь известно?

Шуэр перечитал донесение трижды, точно так же поражаясь прочитанному.

— Нет, ваше величество. Правда ли все так, как здесь написано?

— Если это чья-то дурная шутка, то им не сносить голов. Письмо подписано магистратом Кушона. Если он в сговоре с мятежниками и все это хитроумная ловушка — никто не уйдет безнаказанным.