Кол Колыч застыл у входа в Шар с распахнутым ртом. Даже о «Живом портрете» он забыл, так его удивил вертолет. Он смотрел как ребенок — такого мальчишку Веня видел однажды в «Детском мире». Тот увидел, что маленький детский вертолетик умеет летать, и у него стало такое смешное лицо, что Веня тогда не удержался от смеха.

Вот и сейчас, когда вертолет принял в себя Пузатого, завертел винтом и мгновенно поднялся в воздух, Кол Колыч даже всплеснул руками. Все-таки он отличался тем, что выражал свои чувства искренне. От испуга до удивления.

— Вот тебе и проследили, — вздохнул Веня, вылезая из-за кустов. — Подслушать подслушали, а дальше ерунда получается.

— Почему же ерунда? — не поняла его вздоха Варя.

— А где они должны встретиться, ты поняла?

— Конечно, — кивнула Варя. — У памятника Гоголю.

— А ты знаешь, где находится этот памятник? — спросил Веня.

— Конечно, — снова кивнула Варя. — Они же сами сказали. На бульваре.

— А ты знаешь, сколько в Москве бульваров? — ехидно поинтересовался Веня. — Пока мы их все обойдем…

— У нас целый час есть. Это не так мало, — успокоила его Варя. — Во-первых, мы должны разгадать место, а во-вторых, туда добраться.

Веня опять вздохнул. Хорошо Варьке! Она умеет все разложить по полочкам: сначала одно действие, потом второе, потом третье и четвертое. И все для нее становится ясным. А Вене с его стремлением охватить все в целом и найти решение сразу — это не удается.

Оставалось довериться Варе. Первым ее действием было — зайти в кафе. Не для того чтобы поесть мороженого, а для того чтобы посмотреть в Интернете про Гоголя.

Глава 7 Два Гоголя

— Вкусный у нас коктейль получается, — улыбнулась Варя. — Научный.

Перед ней светился экран компьютера и стоял высокий стакан с белым коктейлем.

— Молочно-научный, — уточнил Веня. И еще раз уточнил: — Молочно-научно-клюквенный.

Перед Веней стоял стакан с розовым коктейлем.

А вот перед Пятачком на столе не стояло ничего. Потому что он сидел под столом и вовсю хрустел попкорном, который был насыпан перед ним горкой. Иногда поросенок вскакивал на стул рядом с Варей и Веней и заглядывал в компьютер. Это вызывало особое восхищение посетителей кафе. Наверное, они запомнят этот день надолго. А официанты вовсю щелкали фотоаппаратами, снимая странную троицу. Видимо, для будущей рекламы. Ведь не в каждое кафе заходит поросенок, умеющий пользоваться Интернетом.

— Памятник Гоголю, — проговаривала Варя, вводя задание в поисковую систему.

На экране тут же появилось множество сведений о Гоголе: когда родился, что написал, что хотел написать и даже что не хотел. Было много картинок, изображающих героев произведений Гоголя. Среди них была даже свинья. Но она совсем не понравилась ни Варе, ни Вене, потому что была изображена в глупом виде — лежащей посреди грязной лужи и жующей какой-то старый башмак. Вряд ли даже самый отдаленный родственник Пятачка был способен на такое поведение!

Обидевшись за Пятачка на Гоголя, ребята продолжили поиски бульвара, на котором мог находиться его памятник. Это оказалось несложно, потому что бульвар как раз и назывался Гоголевским.

— Все, допивай свой научный коктейль.

Веня поторопил Варю и толкнул под столом Пятачка. Тот понял этот жест по-своему — начал искать, какое угощение на этот раз ему предложили. Но пол перед ним был чист. Пятачок обиженно поднял пятачок.

— Уходим, — коротко объяснил ему Веня.

Поросенок недовольно вздохнул, но к выходу пошел первым. Все же он привык выполнять просьбы своих друзей.

До Гоголевского бульвара добрались быстро. До встречи Тростинки и Пузатого оставалось десять минут.

— Можно еще и мороженым подкрепиться, — предложила Варя, на что Пятачок сразу же согласно хрюкнул.

Огромного бронзового Гоголя окружали удобные скамейки. Их было много, они стояли по обе стороны памятника. И людей было много, так что следить в этой ситуации было очень даже удобно. И нужный разговор в случае чего подслушать — тоже. Все складывалось отлично. Удачу решили отметить не откладывая, пока есть время. А учитывая, что от метро «Кропоткинская» бежали по бульвару быстро, затраты поросячьих сил восполнил стаканчик с пломбиром. Вообще-то ребята старались не баловать Пятачка сладостями. Дело в том, что он очень быстро набирал вес. А этого не полагалось, ведь ему от рождения положено было быть маленьким.

Пятачок понимал, что ребята угостили его от избытка чувств, и радовался вместе с ними. И ел совсем не по-поросячьи — ни одной капельки из вафельного стаканчика не упало на асфальт. И чавканья не было слышно.