Читаем Зигзаги судеб полностью

– Ты, прям, загадками говоришь, Евгеньич, такое можно подумать, ну прям, не знаю, что.

– Сам не знаю,– пожал плечами шестой. – Но так женщина улыбается в очень редких случаях…

– Ну? – нетерпеливо спросили все хором.

– Загну.

– Хочешь сказать, что Харлампиевна хахаля завела, что ли? Так вроде бы не по годам уж…– рассуждал вслух второй.

– «Любви все возрасты покорны…» – процитировал шестой. – Откуда мне знать, прицепились, как банный лист…

– Да, от Порфирьевича чего-то ждать в этом смысле,– выразительно кашлянул первый. – С его болезнями-то…

– Можно подумать от всех нас можно чего-то ждать в этом смысле,– презрительно фыркнул пятый.

– Ну, не скажи, я ещё…

Пятый не дал договорить первому:

– Не хорохорился бы ты, Валентиныч! Нам уже никакие средствА… Эх, все мы когда-то были рысаками!

– Да ребята, наступил тот самый момент, когда «Виагра» для нас недоступна и малоэффективна… Недоступна, в смысле стоимости, ну а какой эффективности может идти речь, – покачал скорбно головой пятый.

– Не скажи, и не отвечай за всех,– продолжал ерепениться первый.

Ивану не было охоты слушать дальше, и он вошёл в подъезд. Путь на третий этаж показался ему, впервые за много лет лёгким и быстрым. Он открыл дверь своим ключом, и вошёл в квартиру.

«С Тонькой бы не столкнуться. Блин, где моя голова была? Вот комедия будет, когда всё раскроется! Как себя вести – ума не приложу… Дурак старый… Седина в бороду, а бес в ребро! Тоже мне, герой-любовник, едрён-батон!»

Иван прошёл на кухню, сел за стол, съел несколько булок, запивая их водой из-под крана.

«Блин, как в молодости, как будто никаких проблем со здоровьем… Да, немного ж человеку надо…»

Он прошёл в спальню. Юлия Харлампиевна, спала, громко сопя. Иван присел к ней на край кровати. Харлампиевна, которая в молодости-то чутко спала, сейчас тем более, мгновенно проснулась.

– Ку-ку, мать. Это я пришёл, кое-что тебе принёс…

Через полминуты повторилось, то, что утром на кухне. После этого, Юлия Харлампиевна долго приходила в себя, не переставая удивляться столь резкой смене сексуальной жизни – от нуля, к пику страстей.

Иван снова ушёл на кухню, чтобы подкрепиться. Торопливо шаркая ногами, Юлия Харлампиевна пришла на кухню.

– Хватит всухомятку, соколик ты мой,– она чмокнула Ивана в щёку. – Я борщ приготовила, ещё кое-что… Сегодня, думаю, можно и по рюмочке пропустить…

«Чудеса, да и только. Смешно сказать, но Юлька всю свою сознательную жизнь с «рюмочками» боролась, хотя я ханыгой никогда не был, а сегодня – на тебе…»

– А где племянница, Юль?

– Завтра приедет, звонила недавно.

– Понятно.

«Неужели, имея здоровье, ничего, кроме жратвы и койки человеку не надо? Может, мне работать пойти? Чего дома-то сидеть, штаны просиживать? В грузчики, конечно, не пойду, а в сторожа… Деньги надо – зубы жене вставить, да и…»

Ивану стало смешно от своих мыслей.

«То, что я назвал «да и…», я уже сегодня два раза вставил, а на ночь ещё обеспечу. Глядишь, и лекарств меньше понадобиться, всё-таки положительные эмоции. Блин, опять я заумно заговорил – видно и мозги преобразились в лучшую сторону»

– А что у нас сегодня по телевизору?

– «Ундина»,– ответила супруга.

– А ты знаешь, как по-другому называется этот гениальный сериал?

– Не знаю…

– «Чудила», причём, имеется в виду Таранов!

– Ну, ты скажешь тоже! Такой приличный артист, а ты его…

– Не его, а его дебильную роль! Я, конечно, понимаю, что есть все, хотят, но не до такой же степени!

Юлия Харлампиевна внимательно посмотрела на мужа, словно видела его впервые, или после долгой, многолетней разлуки, успев подзабыть, как он выглядел в первоисточнике:

– Что-то ты, Вань, странный сегодня какой-то… И говоришь как-то не так, как всегда… Тебя будто подменили.

– Никто меня не подменял. Просто надоели эти сопли про любовь, и про то, как надо правильно кормить дельфинов. Жуют-жуют, одно и то же… Но самое главное, мать, ни в этом.

– А в чём? – супруга вздохнула, понимая, что спокойно посмотреть сериал ей сегодня не удастся.

– А в том, что у них ТАМ все не живут, а как сыр в масле катаются.

– Ну не спорю, все в этом фильме живут зажиточно, только в чём криминал-то?

– Слушай, мать, мы с тобой всю жизнь пахали, как проклятые, так?

– Ну?

– Загну. А что мы с тобой заработали? Наша квартира хоть как-то похожа хотя бы на яхту Таранова?

– Ну, он же это… олигарх.

– А что это значит, ты знаешь?

– Ну, в общем…

– Вот-вот, «в общем». Неизвестно как к нему пришли эти капиталы, может, он бандюганом начинал, по молодости ещё, а в результате…

– Да ладно тебе…

– Конечно! Я что-то кроме болячек ничего не заработал! А смотри, как живёт этот мент, ну муж, этой, с дурацким именем, хрен вышепчешь…как его… Беаты, во!

– Милиционер, как милиционер, прям, не знаю, чего ты к нему прицепился!

– Прицепился? А ты не догадываешься, почему? Ты его квартирку видела? А сколько мент зарабатывает, ты знаешь? На эти деньги можно только с хлеба на воду перебиваться! Значит, какой вывод напрашивается?

– Какой?