Читаем Жмурки с маньяком полностью

Все же Хлопков решил подстраховаться. Накануне операции, когда Губенко поставил свою машину на автостоянку, детектив Авдеев проник на охраняемую территорию и проколол колесо иномарки. Если встреча запланирована возле дома Павлюка, то Губенко опоздает на нее, и его компаньон уедет на фабрику. Но встреча могла быть назначена возле дома директора зверофермы. В таком случае необходимо было притормозить самого Павлюка.

У Хлопкова на это утро были задействованы все люди, у каждого определенная роль в сложном спектакле. Если элегантному Губенко придется повозиться с проколотым колесом, то Павлюк должен опоздать по другой причине.

Детектив ездил на южную окраину Индустриального района, который был густо засажен одно– и двухэтажными коттеджами. Узкая дорога, огороженная низким забором, начиналась у порога коттеджа и выходила на Южное шоссе. Если перекрыть дорогу, то Павлюк, вернее, его машина, окажется в плену собственного двора. Это то, что нужно.

Хлопков решил привлечь к работе Светлану Турчину.

– Света, – спросил он ее, – ты можешь на следующей неделе опоздать на работу?

– Могу и на этой, – сказала девушка без запинки. – Это мне раз плюнуть.

– Отлично! Я покажу тебе место и дам инструкции – что и как сделать.

Но инструкции Светлане давал Раф Билямов. Он немного повозился с ее машиной и велел сесть за руль.

– Когда ты перекроешь дорогу в указанном месте, заглуши двигатель, потяни рычаг ручного тормоза на сколько сможешь и отпусти. Я сделал так, – объяснил механик, – что после этого тормозные колодки придут в рабочее состояние и их как бы заклинит. Мои ребята приедут минут через двадцать и решат проблему.

Павлюк вышел из дома на десять минут позже обычного. Он затянул завтрак и вот теперь опаздывал на работу. Но, как назло, прямо на выезде «сдохла» восьмая модель «Жигулей». Девушка за рулем не могла тронуться с места.

– Дайте я сам, – нервно проговорил Павлюк, садясь за руль «восьмерки».

Он завел мотор, очень плавно включил сцепление, но двигатель тут же заглох. Еще две попытки тронуться с места – и он предложил девушке отогнать машину вручную.

– Давайте толкать. – Но проклятая машина словно прикипела колесами к асфальту.

– Я уже вызвала механиков, – виновато оправдывалась Светлана. – Они с минуты на минуту будут здесь.

Механики Билямова быстро отбуксировали машину на несколько метров, и Никита Павлюк наконец, смог выехать на Южное шоссе.

* * *

– Никита Васильевич Павлюк?

Начальник производственного отдела вздрогнул от неожиданности. Он остановился, оглядывая незнакомца: лысый, безусый, невысокий, глаза живые, добрые.

– Да, а в чем дело? – Павлюк демонстративно поглядел на часы.

– Буквально несколько слов, Никита Васильевич. Прошу. – Незнакомец указал рукой на дверцу автомобиля.

– Да вы что?! – Он ожег взглядом невзрачную фигуру и двинулся было к проходной.

– Спокойно, – раздался голос с другой стороны.

Никита повернулся и вздрогнул. Еще один: маленький, со свирепым взглядом.

– Константин Салов. ФСБ, – представился он.

Павлюк не мигая уставился в открытое удостоверение: то же лицо, та же фамилия.

– Александр Трунов. ФСБ. – Это произнес тот, первый, и тоже показал удостоверение. – Вы арестованы, Никита Васильевич. Вот ордер на арест.

В глазах Павлюка потемнело, и он уронил «дипломат».

Первый быстро заговорил:

– Он выбросил кейс! Вы сняли это, инспектор?

– Да, сняла.

Павлюк нашел в себе силы обернуться и на этот голос. Черноволосая лет 25 женщина снимала их на камеру. «Это конец…» Он посмотрел в сторону офиса: какой позор, его арестовывают у всех на глазах. Но, слава богу, «КамАЗ», который разворачивался на площадке, полностью закрыл видимость из окон административного здания.

– Снимайте, снимайте, – говорил первый.

И она снимала.

– Инспектор Трунов платком поднимает кейс гражданина Павлюка. Я беру кейс крупным планом… Инспектор кладет его на заднее сиденье машины. Съемка непрерывная. Я держу кейс в кадре… Павлюк садится рядом…

– Вы напрасно выбросили кейс, Никита Васильевич. Мы все снимали на пленку, так что вам бесполезно отпираться и говорить, что это не ваш кейс. Это ваш кейс? – Хлопков говорил четко и абсолютно без пауз. Конечно же, обработка Никиты Павлюка – это не все. Это только начало. То, как он себя поведет, что сообщит, и будет отправной точкой. Детектив был уверен, что сумеет должным образом обработать Павлюка. У него накопился немалый опыт, когда, окончив юридический факультет, он долгое время работал в наблюдательной комиссии по условно-досрочным освобождениям.

– Да, – чуть слышно ответил Павлюк. – Это мой кейс.

– Отлично. Что в нем?

Начальник производственного отдела молчал. Хлопков строго сказал в камеру:

– Я фиксирую это как нежелание или отказ в помощи следствию: статья 182 Уголовного кодекса. Я предупреждаю гражданина Павлюка, что этот факт отрицательно повлияет на него в дальнейшем в ходе следствия. Инспектор, вы сняли момент передачи свертка Вениамином Губенко гражданину Павлюку?

– Да. При двадцатикратном увеличении, все было как на ладони.