Читаем Жизнь Будды полностью

— Мой Господин, — сказал он, — я вижу, что Вы восстановили свое здоровье. Когда я увидел Вас больным, то силы оставили меня, и я упал в обморок. Я боялся поверить своим глазам. Но затем уверенность вернулась ко мне, поскольку я вспомнил, что Вы еще не открыли все Ваши намерения, связанные с общиной. А я знал, что Вы не войдете в нирвану, пока не раскроете их.

Благословенный произнес такие слова:

— Чего же еще община хочет от меня, Ананда? Я создал учение, я обучал ему; нет ни единого вопроса, который я бы не разъяснил! Пусть тот, кто думает: «Я хочу править общиной», — раскрывает свои намерения по отношению к общине. Благословенный никогда не стремился править общиной, почему же должен он раскрывать какие-то намерения? Я — старый человек, Ананда; волосы мои седы; я становлюсь все слабее. Мне уже восемьдесят лет, и конец пути — недалек. Пусть каждый из вас станет теперь факелом для себя самого; не ищите того, кто принесет вам свет. Тот, кто станет факелом для себя самого после того как я покину мир, докажет, что он понял значение моих слов. Он будет моим истинным учеником, Ананда, он узнает правильный путь в жизни.

Учитель вновь отправился в путь и вскоре прибыл в город Ваисали. Он шел от двери к двери и спрашивал себе пропитание. Внезапно он увидел стоящего перед собой Мару.

— Час настал, — сказал Воплотивший Зло. — Войди в нирвану, о Благословенный!

— Нет, — ответил Будда. — Я знаю, когда мне должно войти в нирвану; я знаю это лучше, чем ты, Воплотивший Зло. Пройдет еще несколько месяцев, и лишь тогда настанет время. Еще три месяца — и Благословенный войдет в нирвану.

При этих словах земля содрогнулась, и гром прогремел в небесах: Благословенный уничтожил последнюю волю, все еще державшую его в этой жизни; он сам установил время вхождения в нирвану. Земля содрогнулась, и гром прогремел в небе.

Вечером он собрал монахов Ваисали и обратился к ним с такими словами:

— О монахи, тщательно сохраняйте знание, которое я приобрел и которому научил вас. Следуйте праведным путем, чтобы жизнь святости могла длиться в веках — на радость и спасение миру, на радость и спасение Богам, на радость и спасение человечеству. Через несколько месяцев настанет мое время, через три месяца я войду в нирвану. Я ухожу, а вы остаетесь. Никогда не прекращайте борьбы, о монахи! Тот, кто не будет спотыкаться в дороге, избегнет рождения, избегнет смерти, навсегда избегнет страданий.

На следующий день он снова бродил по городу, спрашивая подаяние. Затем вместе с несколькими учениками он отправился по дороге в город Кусинагара, туда, где решил войти в нирвану.

Учитель и его ученики остановились в Паве, в саду кузнеца Кунды. Кунда пришел воздать им почести и попросил:

— Мой Господин, окажите мне честь, соблаговолите пообедать завтра в моем доме.

Учитель принял приглашение. На следующий день Кунда приготовил для гостей свинину и другие вкусные вещи. Монахи пришли и расселись по местам. Когда Учитель увидел свинину, то указал на нее перстом и произнес:

— Никто, кроме меня, не должен есть это блюдо, Кунда. Ты должен сохранить его для меня. Мои ученики насытятся другими лакомствами.

Поев, он сказал:

— Закопай глубоко в землю то, что я оставил нетронутым: только Будда может есть такое мясо.

Затем он ушел, сопровождаемый учениками. Они не успели далеко отойти от Павы, как Учитель почувствовал недомогание. Ананда опечалился и стал проклинать кузнеца за то, что он предложил Господину роковое блюдо.

— Ананда, — сказал Учитель, — не гневайся на Кунду. Великая награда ждет его за ту пищу, что он дал мне. Из всего, что я когда-нибудь ел, два блюда заслуживают наивысших похвал: одно из них приготовила для меня Суджати, а другое — Кунда, кузнец.

Он превозмог слабость и вскоре достиг берегов реки Какутштхи. В ее мирных и чистых водах он совершил омовение. После купания Учитель напился, а затем отправился в манговую рощу. Там он сказал монаху по имени Кундака:

— Сложи мою рясу, чтобы я мог возлечь на нее и отдохнуть.

Кундака с радостью повиновался. Он быстро сложил рясу вчетверо и расстелил ее на земле. Учитель возлег, а Кундака сел рядом с ним.

Учитель отдыхал несколько часов. Затем он снова отправился в путь и, наконец, прибыл в Кусинагара. Там, на берегах реки Хиранъявати раскинулась красивая тихая роща.

Господин сказал:

— Ступай, Ананда, и приготовь мне ложе меж двух сросшихся деревьев. Изголовье пусть будет на север. Поторопись, Ананда, ибо я болен.

Ананда приготовил ложе, и Учитель простерся на нем.

Хотя сезон цветения еще не наступил, два дерева, давшие убежище Учителю, были покрыты цветами. Лепестки нежно опускались на его ложе, а с небес доносились сладчайшие мелодии, которые словно стекали на землю.

Учитель обратился к благочестивому Ананде: