— Удаин, — сказал он, — как ты знаешь, ни один из девяти вестников, посланных в Бамбуковую рощу, не вернулся назад; ни один не поведал, как было принято мое послание. Я даже не знаю, говорили ли они с моим сыном, видели ли они его. Это печалит меня, Удаин. Я стар. Смерть уже поджидает меня. Я, возможно, доживу до завтра, но было бы безрассудным рассчитывать на последующие дни. Перед тем, как умереть, Удаин, я хочу увидеть своего сына. Когда-то ты был его лучшим другом; пойди же к нему сейчас! Я не знаю никого, кого он встретит лучше. Расскажи ему про мою печаль, расскажи ему про мое желание, и, быть может, он не останется равнодушным.

— Я отправляюсь, мой Господин, — отвечал Удаин.

Надо сказать, что задолго до похода в Бамбуковую рощу он решил принять монашество. Однако его глубоко тронули слова Суддходаны. Он подумал:

— Я поведаю Господину о печали его отца. Мой друг не сможет сдержать жалости и вернется на родину.

Учитель был счастлив, когда увидел Удаина среди своих учеников.

Зима уже почти закончилась. Время благоприятствовало путешествиям, и однажды Удаин обратился к Будде:

— Деревья покрылись почками, вскоре на них распустятся листья. Взгляните на яркие лучи солнца, сияющие сквозь ветки. Учитель, настало лучшее время для путешествий. Уже не холодно, но пока еще и не слишком жарко. Земля оделась в прекрасную зеленую накидку. У нас не будет трудностей в том, чтобы найти пищу в пути. Учитель, настало время, благоприятное для путешествий.

Учитель спросил с улыбкой:

— Почему ты так настойчиво зовешь меня в путь, Удаин?

— Ваш отец, царь Суддходана, был бы счастлив увидеть Вас, Учитель.

Будда задумался на мгновение, а затем сказал:

— Я пойду в Капилавасту; я пойду и увижу моего отца.

11. История о журавле и рыбах

Когда Вимбасара услышал, что Господин покидает Бамбуковую рощу и будет отсутствовать некоторое время, то вместе со своим сыном, царевичем Аджатасатру, отправился навестить его.

Учитель посмотрел на царевича, затем, повернувшись к Вимбасаре, сказал:

— Да будет сын твой достоин твоей любви, о царь!

Вновь он взглянул на царевича и произнес:

— Выслушай меня внимательно, Аджатасатру, и обдумай мои слова. Коварство не всегда достигает успеха, порок не всегда торжествует. В доказательство я хочу рассказать историю, которая произошла много-много лет тому назад и которую я наблюдал собственными глазами. Я жил тогда в лесу в образе Бога дерева. Мое дерево стояло между двух прудов, один из которых был маленьким и непривлекательным, тогда как другой — широким и красивым. Маленький пруд изобиловал рыбой, а пруд побольше зарос лотосами. Летом из-за жестокой жары маленький пруд почти полностью высох, тогда как пруд побольше, укрытый от палящего солнца лотосами, всегда имел в избытке воду, сохранявшую приятную прохладу. Журавль, проходивший мимо обоих прудов, заметил в меньшем из них рыбу и остановился. Стоя на одной ноге, он думал: «Эти рыбы были бы мне законной добычей. Однако они быстры. Они, скорее всего, успеют спастись, если я нападу на них чересчур поспешно. Нужно применить хитрость. Бедные рыбы! Им так неудобно в этом пересохшем пруду. А ведь рядом есть другой пруд, глубокий, наполненный прохладной водой, где они могли бы плавать в свое удовольствие! Одна из рыб увидела журавля, стоящего в глубокой задумчивости и похожего на одинокого отшельника, и спросила его: «О чем ты думаешь, почтенная птица? Ты, видно, глубоко погружена в свои думы». «Я размышляю, о рыба, — отвечал журавль. — Да, именно, я размышляю. Я думаю о том, как ты и твои друзья могли бы избежать своей печальной участи.» Нашей печальной участи? Что ты имеешь в виду?» «Вы страдаете в этой мелкой воде, о несчастные рыбы! И каждый день, по мере того, как жара становится все сильнее, вода будет убывать все больше, и тогда — что же станет с вами? Скоро пруд станет совсем сухим, и вы все погибнете. Бедные, бедные рыбы! Я плачу о вас».