Читаем Жизнь Анклава полностью

– Я пойму, если ты откажешься… – Устало проговорил старый альваз, посмотрев на молодого парня, стоявшего перед ним задумчивости. – Ситуация весьма опасная! Костяные гончие, это не упыри! Эти твари гораздо опаснее! Тем более, что они растерзали два десятка рейнджеров! Да, может быть они были плохими охотниками и воинами. Но по крайней мере, с несколькими упырями могли бы справиться. С потерями, но справились бы! А тут…

– Барон, не ходите вокруг да около… – Задумчиво посмотрел парень на дворянина, понимая, что сейчас нет времени маскироваться или изображать из себя какого-либо простолюдина. – Говорите прямо… Что вы хотите от меня?

Тяжело вздохнув, барон, налив вина в бокал и протянув его парню, принялся говорить. Он вполне предсказуемо хотел, чтобы Максим провел разведку того леса. Конечно, дворянин пошлёт свои войска, чтобы разобраться с жителями поселка. Вот только, он понимал, что главная тайна кроется не в посёлке. Жителей поселка тоже можно понять. Они просто боятся. Боятся того, что находится в лесу. Костяные гончие весьма опасные твари. Но, также как и упыри, они обычно ведомы своим кровожадным инстинктом. И отнюдь не думают о собственной безопасности. По крайней мере, до тех пор, пока их кто-то не возьмет под контроль! Это было известно практически всем жителям данной местности. Даже старый маг, который всю свою жизнь верой и правдой служил его семье, опасался сталкиваться с этими тварями. Хотя был магом Огня. И довольно сильным. Но он был уже стар. Стар настолько, что использовать его в подобном столкновении было равносильно просто приговорить старика к смерти. А результата не будет никакого.

Тихо вздохнув, Максим покачал головой. По крайней мере, дворянин не скрывал от него истинного положения дел. И поэтому можно было понять, что этому старику можно доверять.

– Вы хотите, чтобы я провел разведку этого леса? – Задумчиво проговорил парень, буквально одним глотком проглотив вино, являвшееся довольно неплохим, и поставив бокал на стол. – А если я наткнусь на этих самых тварей, которые свили там своё гнездо? Что мне делать в этом случае?

– Конечно, я был бы не против, если бы ты их уничтожил! – Устало выдохнул барон, также поставив уже пустой бокал на стол, и внимательно посмотрев на парня. – Если бы ты уничтожил их, и того, кто стоит за ними… Я был бы тебе безмерно благодарен. По сути, я понимаю, что деньгами такого не оплатишь. Но, я постарался бы сделать так, чтобы ты не был в обиде… Кроме того, мне очень хочется знать, кто же всё-таки пытается делать мне все эти гадости? Все дворяне на сборе Анклава яростно возмущались подобными действиями. И кричали, что примут мою сторону… Но я же не идиот? Кто-то из них явно в этом участвует. И этот кто-то не будет демонстрировать своих истинных намерений, особенно учитывая возможность провала. Этот разумный наверняка будет пытаться и дальше изображать добрососедские отношения. Но это кто-то из моих двух ближайших соседей! Другим просто нет смысла в этом участвовать. Ну, сам подумай…

С данным вопросом Максим был согласен со старым дворянином. В этой пакости могли участвовать только те дворяне, чьи земли прилегали к его территории. Для того, чтобы кто-то другой пытался сделать подобное, нужно было, чтобы они могли в любой момент вмешаться в происходящее на его землях. Если между их землями и его землями, будет хотя бы один барон, то все эти пакости и усилия не имеют никакого смысла. Потому что именно тот барон может вмешаться в самый неподходящий момент, разрушив всю игру. В данном случае всё было вполне понятно. Несмотря на самые сильные клятвы и добрососедские отношения, местные бароны сделают всё ради собственного усиления. Но только собственного! Никому постороннему они подобного не позволят. А значит, можно было понять, что пожилой дворянин действительно прав. Это действовал кто-то из двух ближайших соседей!

Тяжело вздохнув, Максим был вынужден признать предложение барона весьма заманчивым. Ведь в таком случае, если ему удастся обнаружить врага барона, и подтвердить его вину, этот дворянин действительно будет в огромном долгу перед парнем. И не только он. Вся его семья!