Игорь Родинков

Житие и бытие

«Житие мое…»

Здравствуйте, меня зовут Михаил. В этом году мне исполняется 70 лет. Самое время для мемуаров и завещаний. Сегодня 18 января, навечерие Богоявления (Крещенский сочельник). Завтра двунадесятый праздник — Святое Богоявление, или Крещение Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. Завтра поется тропарь: «Во Иордане крещающуся Тебе, Господи, Троическое явися поклонение: Родителев бо глас свидетельствоваше Тебе, возлюбленнаго Тя Сына именуя, и Дух в виде голубине, извествоваше словесе утверждение. Явлейся Христе Боже, и мир просвещей, слава Тебе».

Но это завтра, вернее, уже сегодня на вечери. А сейчас я только что пришел из бани, где очистился банным омовением, правда, омовение в этот день надо делать в холодной купели. У меня гипертония с детства, врачи говорят, что с давлением в баню ходить нельзя, но я хожу — и ничего. Вообще у меня особенный организм: после физической нагрузки у меня давление в норме. Но этого не знал полковник милиции — глава призывной комиссии, когда меня определяли, в каких войсках служить.

Ладно, коль предался воспоминаниям, то слушайте. Стою, значит, я в одних трусах пред призывной комиссией (почему-то в Советской армии с самого начала давали понять, что ты не человек, а винтик в механизме), они шушукаются между собой, слышу слово «давление», «годен к нестроевой». Вообще-то у меня рост 180 см, вес в то время был 80 кг, внешне я здоров, накачан хорошо (я занимался классической борьбой).

— В строительные войска, — выносит приговор полковник в милицейской форме.

— В стройбат что ли? — вопрошаю я.

— Да! — подтверждает их главарь.

— Не пойду! — твердо заявляю я.

— Тебя никто не спрашивает! — срывается на крик главарь.

— Не пойду! — уже тверже заявляю я.

Назревает критическая ситуация, но ее умно разрешает подполковник в военной форме (с тех пор у меня сложилось впечатление, что среди армейских офицеров больше умных людей).

— А куда вы хотите? — спрашивает он.

— В ВДВ! — решительно заявляю я.

— В ВДВ вас медицинская комиссия не пропустит. Хотите в войска Гражданской обороны (так тогда называлась МЧС)?

Я, не понимая, что это такое, даю согласие. Инцидент исчерпан.

Что-то я отошел от заданной темы. Хотя это все о том же: житие мое… Почему-то сразу вспомнился эпизод из известного советского фильма «Иван Васильевич меняет профессию». «Какое житие твое, пес смердящий», — говорит грозный царь режиссеру Якину.

Я никогда не писал мемуаров, и тем более автобиографических сочинений, вел разве что дневники в определенные периоды жизни или писал автобиографию и создавал портфолио на заданные темы. Меня всегда мучил вопрос: «А кому это надо, кому это интересно, кроме меня?». Но вот недавно я начал читать автобиографические рассказы одного из местных авторов, а именно некоего Сергея Елисеева (называется сборник «Сторож России»). Я нисколько не выдаю автора компетентным органам, потому что по жизни у него другое имя и фамилия. Написано очень интересно и поучительно, словно проживаешь вместе с автором его, а заодно и свою жизнь.

В процессе чтения у меня возникла мысль: а почему бы не попробовать развернуть в литературно-биографическом стиле перед читателями панораму своей жизни? Может, кто и клюнет, ведь клюнул же я на «Сторожа России»! К тому же я далеко не первый. Помните «Житие протопопа Аввакума, им самим написанное» — первый опыт в русской литературе агиографической автобиографии?

Причастие

Сегодня 19 января — Крещение Господне. Вчера попостился, вычитал положенные молитвы, и вот утром иду в храм Рождества Христова на божественную литургию и причастие. От кого-то слышал, что «литургия без причастия все равно, что свадьба без жениха». Кто-то причащается каждую неделю и даже чаще, а я вот не могу так. Боюсь, что меня разорвет от благочестия или от превозношения над другими (гордыня). Так что дай Бог хотя бы причащаться раз в месяц.