Читаем Жил-был сталкер полностью

– Эй, – сказал он. Ответа не было. Тогда, тщательно примерившись, он звезданул Дени и Шарля по ушам: одного по правому, второго – по левому, да так, что головами они стукнулись о Джемму. Это пробудило всех троих. Эффективно и рационально.

– Ну что, – бодро возгласил Шарль, вроде и не заметивший того времени, весьма продолжительного, что они провели, завороженно глядя в Ничто. – Идем? – и он занес ногу, чтобы идти вперед, готов был ступить в Ничто. И где его рационализм? Маркиз с такой силой рванул его назад, что Шарло шмякнулся оземь и отшиб зад. Вернее, сделал вид, что отшиб, потому что комбинезон защищает от таких механических воздействий.

– Поперед батьки, – прокомментировал Дени, – может идти только сынок, – и тоже собрался шагнуть. Нутро не осталось за Барьером. Оно заголосило как резаное. Слава богу, значит, просто случая не было, чтоб проявиться. Маркиз повторил процедуру, а Джемма отошла добровольно.

– Взбесился, – констатировал Шарло. – Перегрелся. Бывает

– Ребята, вы что, всерьез? – не поверил Маркиз. – Идти ТУДА?

– И что должен означать ужас в слове «туда»? – озадаченно спросил Шарло.

Маркиз сел рядом с ними. Довольно крутой склон, по которому они, пыхтя и отдуваясь, карабкались несколько часов, обрывался Ничем. Когда они ползли вверх, у Маркиза даже создалось впечатление, что мир, в который они попали, – внутренняя поверхность шара, закругляется и закругляется, и если так пойдет и дальше, то вскорости они пойдут вверх ногами. Никаких признаков гор не было. Травка, кустики, камешки, слева лес, справа поле – и крутой склон с Ничем на вершине.

– Наконец, какое-то разнообразие, – бубнил Шарло, – а этот руки распускает…

– И что теперь? – как водится, спокойно поинтересовался Дени. – Назад пойдем, раз вперед нельзя, или еще раз в лес сунемся?

– Ни за что, – отозвался Шарло. – Ни за какие коврижки.

В лес они заходили – и быстренько вышли, потому что трава там была выше колен, ровненькая, словно подстриженная, и продираться через нее было бы не под силу даже опытным первопроходцам африканских джунглей. Они пожалели, что не взяли с собой газонокосилку, и вернулись на опушку.

Джемма молчала, как и положено покорной супруге, но молчание было тоже выразительное.

– Вы хоть обратили внимание на то, как долго стояли здесь, – он ткнул пальцем в землю, – и таращились туда? – палец последовал в направлении Ничто. Три пары глаз послушно следили за пальцем.

– Естественно, – отозвался Шарло. – Минут двадцать, а то и дольше.

– Тридцать две, – поправил пунктуальный Дени, внутренние часы которого были точнее наручных. Маркиз решил быть терпеливым.

– И что ты там увидел?

– Черт-те что! – радостно ответил Шарло. – Но ужасно впечатляющее. На целых тридцать две минуты.

– «Ужасно впечатляющее», – передразнил Маркиз. – И какими ужасами ты впечатлился?

Шарло задумался и стал серьезным, как инспектор Кларк.

– В общем, – осторожно начал он, – ничего сверхъестественного. Вполне поддается анализу. Если поднапрячься, можно даже нарисовать.

Он ополоумел? Нарисовать Ничто не способен даже Дали, гений и псих в отличие от Шарло.

– Нет, – критически заметил Дени, – у тебя не получится. Там слишком много полутонов, хотя первые впечатления – одни чистые краски.

Так, еще один. Маркиз оглянулся через плечо. Какие там полутона или чистые краски?

– Синие или красные? – съехидничал он, обращаясь к Джемме.

– Скорее красные, – ответила она, – но это, наверное, из-за солнца.

– Из-за солнца, – подтвердил Дени, – там все краски есть. Я бы не смог сказать, какая доминирует, но не красная. Хотя вы видите красное.

Маркиз посмотрел еще раз и красного не увидел. Зеленые черти. Третья серия. Съехал сталкер.

– Опишите пейзаж, – потребовал он. – По очереди.