Читаем Жертвы Ялты полностью

Сталин с первого взгляда произвел на меня неизгладимое впечатление, и мое мнение о его способностях осталось непоколебленным. Его сильная личность обнаруживает себя без всяких стараний с его стороны. У него врожденные хорошие манеры, вероятно, это грузинская черта. И хотя я знал, что это безжалостный человек, я уважал его незаурядный ум и даже чувствовал к нему симпатию, которую не в состоянии объяснить до конца *137.

Вчера на обеде в беседе с маршалом Сталиным был затронут вопрос о русских войсках, находящихся у нас в Англии. Маршал сказал, что был бы чрезвычайно признателен, если бы можно было устроить их возвращение в СССР. Я сказал, что мы с радостью сделаем все, чтобы помочь, и что, несмотря на большие трудности с транспортом, мы сейчас рассматриваем возможность их отправки на родину, решая попутно проблемы транспорта и эскорта. Маршал повторил, что был бы очень обязан нам, если бы мы могли организовать для него это дело. Я ответил, что он может в том не сомневаться и что мы сделаем все возможное. Со своей стороны, я высказал уверенность, что его правительство сделает все, чтобы помочь нашим пленным в Германии, если и когда Красная армия дойдет до немецких лагерей, где они содержатся. Маршал сказал, что, конечно, это будет сделано, он лично проследит за этим. Он дал мне слово, что о наших людях будет проявлена максимальная забота.

Я думаю, что в свете этого разговора было бы крайне неразумно пытаться связывать перевозку русских на родину с вопросом о наших пленных. Мы должны все обеспечить, и, когда мы со всей определенностью сообщим русским о мерах, которые можем предпринять, нам следует напомнить им о том, что сказал мне маршал Сталин насчет отношения к нашим людям *138.