Читаем Жертва прогресса полностью

‒ Но это другое! Мимир и подобные ему технологии делают из людей стадо, неспособное к самостоятельному мышлению! Ты же сама мне говорила, что чувствуешь нечто подобное, ‒ возмутился Женя неожиданному отпору, повысив тон.

‒ И теперь я живу в этой дыре. Сама готовлю, сама убираю, сама мою посуду, ‒ закричала Катя. ‒ И всё потому, что люблю человека, который боится прогресса.

‒ Этот прогресс оставил меня без работы, ‒ уже спокойнее возразил парень.

‒ Нет, ‒ покачала головой девушка. ‒ Ты мог бы преодолеть страх и приспособиться. Вот Артур так и сделал.

‒ И что он сделал? ‒ поинтересовался Женя, потому что не общался с другом почти с тех пор, как лишился работы.

‒ Вживил чип в мозг. И его повысили до оператора нейросетей.

‒ А ты откуда знаешь?

‒ Мы встречались. Правда недолго. Потому что он всё время в работе и не такой романтик, как ты.

Такого поворота событий Женя никак не ожидал. Всё это время он думал, что Артура уволили так же, как и его. А тот не только получил повышение, но и встречался с Жениной невестой, пусть и бывшей.

‒ Спасибо, что выбрала меня, ‒ улыбнулся парень и обнял Катю.

‒ Тогда давай не будем рисковать и лезть во всякие авантюры, ‒ нежно прошептала она.

‒ Хорошо, ‒ еле слышно ответил Женя прямо в ухо Кати.

После этого разговора прошло едва больше двух месяцев. Евгению казалось, что он, наконец, обрёл счастье. К тяжёлому физическому труду он привык, к тому же работа оставляла силы для творчества. А дома его ждала любимая девушка, с которой он был готов провести хоть вечность.

В холодный ноябрьский день Евгений вернулся с работы поздно. Подходя к дому, парень с улыбкой взглянул на окна квартиры и удивился, что свет не горит. А когда вместо любимой девушки парня встретила тёмная пустота старой квартиры, Евгений насторожился.

Он разулся, прошёл в маленькую кухню и обнаружил на столе письмо, распечатанное на пожелтевшей от времени бумаги.

«Женя, прости, что не отправила сообщение, но твой старый телефон уже не поддерживает их. Короче, я решила вернуться в Центр. Три месяца, что я провела в гетто, оказались настоящим адом. Я никогда не думала, что мне придётся самой готовить, убираться, следить за продуктами в холодильнике и ходить за ними в магазин. Но ещё тяжелее мне оказалось без Мимира. Этот мир слишком большой, чтобы самой искать ответы на вопросы. Поэтому снова прощай. Ты хороший и я желаю тебе встретить свою любовь, но сама я не могу быть рядом».

Парень сел на табуретку. Он перечитал письмо, затем встал, поставил чайник на плиту и выглянул в окно. Осеннее небо было на редкость ясным. Закат уже отполыхал и лишь небольшой проблеск остался у края горизонта где-то за Центром, сияющим словно северное сияние. А на тёмно-синем полотне сверкали звёзды.

Когда Женя только переехал в цифровое гетто, он первым делом поразился ночному небу. В центральной части города было слишком ярко, чтобы видеть его. А здесь можно любоваться им всю ночь. Женя так и делал. Почти каждый день он стоял и наслаждался видом. А порой и рисовал.

От созерцания причудливой красоты парня отвлёк свисток вскипевшего чайника. Евгений залил пакетик с чаем кипятком и подул на поднимающийся к потолку пар.

«А ведь Катя не заметила разницы, ‒ задумался Женя. ‒ Один только раз я сказал ей, что здесь можно любоваться ночным небом и она восхитилась им. А потом совсем не обращала на это внимания. Ну, хотя бы она не использовала Мимира у меня дома».

Не успел парень сделать глоток, как раздался звонок в дверь. Евгений медленно подошёл к входу в квартиру и посмотрел в глазок. Увиденное неприятно удивило. Человек в полицейской форме продолжал нетерпеливо нажимать на кнопку.

‒ Кто там? ‒ спросил Женя как можно более спокойно.

‒ Откройте, это лейтенант Прохоров из полиции. Надо кое-что обсудить.

‒ А если я не хочу?

‒ Тогда мне придётся применить силу. Вы же не хотите менять дверь?

Евгению этого действительно не хотелось. Зарплаты и так едва хватало, а новая дверь совсем не входила в список расходов. Поэтому пришлось открыть.

Как только он это сделал, в квартиру ворвались полицейские под бдительным взором протокольного дрона, снимающего всё на видео.

‒ Новиков Евгений Андреевич, ‒ вкрадчиво произнёс лейтенант Прохоров. ‒ Вы задержаны по обвинению в цифровом экстремизме и склонению к совершению цифрового экстремизма. В вашей квартире на основании постановления суда будет произведён обыск.

Полицейский продолжал говорить, а Евгений послушно кивать, но мир снова рухнул. Парень пытался сообразить, что же он сделал, где оступился и никак не мог вспомнить хоть что-нибудь из того, что ему вменяла полиция.

* * *

Прошло чуть больше трёх месяцев с тех пор, как Евгения задержали и посадили под стражу. Его таскали на допросы и требовали выдать сообщников. Следователь называл имена, которые парень никогда не слышал и места, в которых Евгений никогда не бывал.

Сидеть в тёплой камере, есть горячую еду и размышлять о прошлом оказалось не столь ужасно, как Жене представлялось. Гораздо страшнее было наблюдать за тем, как Мимир действует повсюду.