Читаем ЖЕРТВА полностью

Один из многочисленных служителей собора подошел к коленопреклоненному человеку.

Одеяния Экклезиархии скрывали его почти целиком, словно кокон из шелка и горностая,который открывал лишь глаза. Мантии разошлись в стороны, наружу показалась рука. В

ладони, обтянутой алой бархатной перчаткой, лежала одна-единственная пуля.

Пуля упала в серебряную чашу. Человек перед ней дернулся от звона.

Другие жрецы наблюдали с металлических мостов, подсвеченных снизу огненным озером.

Пламя бросало отблески на красные, пурпурные и белые мантии. Были видны только

глаза.

Один из них, облаченный в подобающие кардиналу пурпур и серебро, поднял руку.

– Начнем, – сказал он, и его слова гулко отдались под жарким сводом собора.

Жрец перед жертвенным алтарем вынул нож из-под мантии. Золотой клинок, покрытый

молитвенными текстами на высоком готике. Пленник – жертва – отпрянул, когда

острие коснулось его шеи.

Город снаружи был темен и хладен. Это был город, полный тайн и мрачных надежд.

Место, где обычному человеку – такому, каким когда-то была жертва – приходилось

нарушать правила, чтобы хоть как-то выжить. В каждом переулке и подвале

скрывались те, кто переступал через эти правила. Фальшивые удостоверения,подпольные сделки, незаконные вещества, даже убийства, если есть чем заплатить.

Некоторые преступники делали прорезь в животе клиента и имплантировали

специальный карман, куда можно было спрятать маленький предмет. Спрятать так

тщательно, что, даже если бы клиента раздели до пояса и приволокли к жертвенному

алтарю, эту вещь все равно бы не нашли.

Он также отдал то немногое, что имел, чтобы ему заменили один ноготь на

миниатюрное лезвие. Когда жрец поднял нож и возвел взгляд к куполу, жертва вспорола

этим крошечным клинком старый шрам сбоку живота. Вспыхнула боль, как от

булавочных уколов. Хирург, оперировавший в том грязном подвале, уничтожил не все

нервные окончания. Желудок жертвы скрутило, когда он просунул палец внутрь раны,ощупывая скользкие стенки имплантированного кармана.

Его пальцы сомкнулись на рукояти.

– Сей кровью, – нараспев произнес жрец, – пролитой сим клинком, да святится оружие!

О Император на небесах, о Владыка Человечества, о Отец грядущего, взгляни на наше

подношение!

Жертва вскочила на ноги. Металл обжег его стопы. Свободной рукой он схватил

священника за запястье и заломил за спину, притянув к себе. Другая рука приставила дуло

миниатюрного пистолета к затылку жреца.

По собору пробежала волна тревоги. Священнослужители глядели то на алтарь, то друг