Читаем Жертва полностью

— Знаете, что мне это напоминает? — неожиданно спросил Джимми. — Знаменитую серию пожаров. Это один метод. Только здесь дело с убийством, а не пожар.

— Какие пожары? — с живостью спросил Кленси.

— Вы не помните ряд пожаров, происшедших несколько лет тому назад? — спросил Лендберг. — Нас в атом поражало то, что преступник всегда употреблял взрывчатку для уничтожения следов поджога. И взрывчатка тоже находилась в специальных книгах. Можно было прогуливаться с книгой под мышкой, не привлекая ничьего внимания. А раз однажды трюк удался, то его обязательно повторяют вновь.

— Вы говорите о Маркусе? — спросил Кленси.

— Именно, — ответил Джимми, щелкнув пальцами. — Фил Маркус! И он… — Он замолчал и посмотрел на Кленси.

— Да, — сказал Кленси, — совершенно верно. Это один из четверых, сбежавших из Синг-Синга. Но он в настоящее время в тюремном госпитале. — Затем добавил. — Блаунт, несомненно, тоже умел пользоваться динамитом. И он товарищ Маркуса…

Кленси вздохнул.

— Ладно, я, пожалуй, пойду к своим ребятам. Если вы что-нибудь найдете, то дайте мне знать, хорошо, Вилл?

Тот кивнул, и Кленси, повернувшись, направился к двери, но вдруг остановился, пораженный каким-то неясным предчувствием. Он старался вспомнить, что ему говорил судья, принимавший его в своей сверхроскошной квартире. Это его раздражало. Лендберг и Джимми ждали, глядя на его нахмуренные брови. Кленси вдруг вспомнил и щелкнул пальцами.

— Вилл, вы осмотрели бумаги, находящиеся в кабинете?

— Нет еще. Мы ждем анализа отпечатков пальцев.

— Когда вы его сделаете, посмотрите, не попадется ли вам копия речи, которую судья должен был произнести сегодня вечером на радио.

— Хорошо, — произнес слегка озадаченный лейтенант. — Я могу также спросить секретаршу. Может быть, она печатала его речь. Во всяком случае я буду держать вас в курсе дела.

— Спасибо, — поблагодарил Кленси.

Он чувствовал себя гораздо лучше, даже сам себе не отдавая отчета, почему.

Толпа в коридоре уже поредела, остались только журналисты и фотографы. Капровский, завидя Кленси, тут же направился к нему. Кленси поднял руку.

— Лейтенант Лендберг вам все сказал. — Он повернулся к Капровскому. — Вы, Кап…

Он услышал постукивание высоких каблучков. Это была Кэрол Уэлс. Увидя толпу, она побежала, растолкала людей и судорожно схватила руку Кленси. Глаза ее были полны ужаса.

— Лейтенант… Это кабинет моего отца…

Кленси ласково обнял ее за плечи.

— Произошел несчастный случай, — сказал он.

Журналисты с оживившимся интересом кинулись на новую добычу.

— Миссис Уэлс, не можете ли вы сказать нам…

— Это миссис Уэлс? Дочь судьи? А! Миссис Уэлс…

— Посмотрите, пожалуйста, сюда, миссис Уэлс!..

— Ваш отец принимал всерьез угрозы Серверы?

— Он ничего не говорил вам об этом?

— Смотрите сюда, миссис Уэлс!..

Восклицания неслись со всех сторон. Кэрол Уэлс вырвалась и постаралась отстранить двух агентов, охранявших дверь. Лицо у нее осунулось, глаза расширились от ужаса.

Кленси догнал ее, остановил и, повернувшись к Капровскому, процедил сквозь зубы:

— Кап, освободите нас от этих хищников.

Капровский возвысил голос:

— Первому, кто сейчас начнет фотографировать, я разобью аппарат об его голову! А ну-ка, дайте дорогу! Идите, идите! Проходите из коридора!

Кэрол Уэлс посмотрела на Кленси.

— Я хочу увидеть его, — умоляющим голосом прошептала она.

— Вы не можете сейчас увидеть его, — мягко ответил Кленси. — Пойдемте, миссис Уэлс. Пойдемте куда-нибудь, где бы вы могли присесть.

Она, ничего не видя, повернулась, сделала несколько шагов и рухнула. Кленси подхватил ее на лету. Капровский взял молодую женщину из рук Кленси и легко пронес ее сквозь толпу репортеров, внезапно умолкнувших и во все глаза наблюдавших эту сцену.

На полдороге они свернули в параллельный коридор, и Кленси открыл первую попавшуюся ему на пути дверь.

В комнате находилась молодая секретарша. Увидя Капровского с бесчувственной женщиной на руках, она с удивлением встала.

— Нет ли здесь свободной комнаты? — спросил Кленси.

— Да, есть… — сказала девушка, поспешно отходя от стола. — Но, это бюро, господа…

Кленси открыл указанную дверь и закрыл ее за Капровским, который осторожно уложил молодую женщину на диван.

— Воды, — произнес Кленси.

Капровский вышел и вернулся через мгновение, неся поду в картонном стаканчике. Кленси приподнял голову молодой женщины и поднес стакан к ее губам, а Капровский, смочив пальцы водой, прикладывал их к ее лбу.

Кэрол Уэлс слабо застонала, отпила глоток воды из стаканчика, прижатого к ее губам, и открыла глаза.

— Я… я… потеряла сознание…

Она посмотрела на Кленси. Затем к ней окончательно вернулось сознание, и глаза ее снова округлились от ужаса. Она сделала попытку встать.

— Осторожно, — предупредил Кленси, — выпейте еще немного воды и полежите спокойно.

Она повиновалась. Потом с помощью Кленси приподнялась, спустила ноги на пол и осталась сидеть с поникшей головой.

— Что же все-таки произошло, лейтенант? — задыхаясь, спросила она.

— Несчастный случай.

— Мой отец… он… он мертв… да?

— Да.