Читаем Жертва полностью

Кленси зажег сигарету и тоже бросился в кресло.

— Кап?

— Да…

— Что вы знаете о Холли Вилльямсе и Филе Маркусе?

— Вилльямса я совсем не знаю, я никогда им не занимался, Но Маркуса я хорошо помню. Я помню допросы по поводу пожара. Никто ничего не понимал. И в Центр-стрит я видел его один только раз, в тот день, когда его поймали. Но боже мой, лейтенант, вы должны помнить их лучше меня!

— Я их помню. Я не о том говорю…

Неясная мысль все больше и больше мучила его. Он наклонился, взял сигарету и стал сосредоточенно рассматривать свои босые ноги, стараясь отогнать дым, мешавший ему.

— Я хочу сказать… — начал он.

Опять зазвонил телефон.

— Черт возьми, — выругался Капровский, — с этой машиной вам не удастся закрыть глаза всю ночь. Впрочем, и мне тоже.

Кленси с задумчивым видом прошел в другую комнату и поднял трубку.

— Алло! — рассеянно проговорил он.

— Кленси? Говорит Рой Кирквуд. Я…

Голос Кирквуда был такой пронзительный и нервозный, что Кленси не сразу узнал его.

— Кто, кто?

— Рой Кирквуд!

— Что случилось, Рой?

— Кленси, я хотел бы, чтобы вы оказали мне одну услугу.

— Ну разумеется. Что же это?

Воцарилось молчание, очень долгое, затем натянутым и почти неслышным голосом Кирквуд сказал:

— Пять минут тому назад мне позвонили. Голос был мужской, незнакомый. Глухой голос, который нельзя узнать. Он, должно быть, прикрыл трубку…

— Что он сказал? — вдруг порывисто спросил Кленси. — Постарайтесь повторить слово в слово все, что он вам сказал.

Кирквуд зло рассмеялся.

— Ну это-то я как раз помню и не смогу забыть. Он мне сказал: «Кирквуд? Вы думаете, что вы нас перехитрили, если вас охраняют полицейские, а? Вы считаете себя в безопасности? Я звоню сказать вам, что с одним из ваших малышей тоже может случиться несчастье». После этих слов он хихикнул и положил трубку.

— Когда он сказал «Кирквуд», то подождал, когда вы ответите?

— Нет.

— Был кто-нибудь из моих людей рядом с вами?

— Да. Кэнливен был.

— Дайте ему трубку.

— Подождите, Кленси, послушайте сначала меня. Услуга, о которой я вас прошу… Вот… Я хочу послать жену и детей к теще. Она живет в Кэмдине. Прошу, чтобы ваши люди проводили их.

— Ваших детей будут охранять, Рой. Не волнуйтесь только, пожалуйста.

— Я не хочу, чтобы их охраняли. Я не хочу, чтобы они оставались в городе, пока не задержан этот сумасшедший! — Голос Кирквуда повысился, стал еще более пронзительным. — Я не хочу, чтобы они ходили в школу, окруженные полицейскими. Я не хочу, чтобы они надевали пуленепробиваемые жилеты, когда идут в кино. Они дети. Вы понимаете?

— Послушайте, Рой…

— Я не буду вас слушать, Кленси! Вы знаете так же хорошо, как и я, что вся это история с охраной — просто насмешка. Если я хочу убить президента Соединенных Штатов, если я этого действительно хочу, то мне это определенно удастся несмотря ни на какую охрану в мире. Вы-то прекрасно это знаете! Я прошу вас только об одном, Кленси. Можете вы распорядиться, чтобы мою жену и детей проводили к теще?

— Ну да, Рой, конечно, могу. Только не нервничайте. Нельзя помешать вам отправить ваших детей, куда вам будет угодно. И их обязательно проводят. Только я предпочел бы, чтобы вы поехали вместе с ними.

— Я? Нечего мне больше делать! — Теперь он говорил совсем тихо, с горечью. — Во-первых, на полном ходу предвыборная кампания, но даже и без этого у меня есть револьвер и разрешение носить оружие, и пусть только этот подонок попробует напасть на меня. Да, я надеюсь, что этот негодяй появится! Подумать только, угрожать моим детям!

— Успокойтесь, Рой, успокойтесь!

— Черт возьми, — прорычал Кирквуд, — послушайте, Кленси…

— Говорю вам, заткнитесь! — взорвался Кленси, но тут же взял себя в руки. — Простите, Рой. А теперь я хотел бы поговорить с Кэнливеном.

Воцарилось молчание, потом в трубке послышался другой голос.

— Алло, лейтенант, Кэнливен слушает.

— Где вы были, когда позвонили Кирквуду?

Кленси хотел задать совсем не этот вопрос, но он как-то сам по себе сорвался у него с языка.

— Я? — подумал Кэнливен, — я был в туалете, а когда вернулся, то Кирквуд уже говорил по телефону и сделал мне знак молчать. Он молча слушал и ничего не отвечал, потом положил трубку и тут же позвонил вам.

— Кто там с вами еще?

— Причард в машине перед домом. А сзади какой-то тип, не наш, я его не знаю. Я не знаю его имени.

— Можете вы подвести машину и посадить в нее семью Кирквуда так, чтобы это было не очень заметно?

— Думаю, что да, лейтенант.

— Хорошо. Отвезите его семью к теще Кирквуда. Она живет в Кэмдине, он сам даст вам точный адрес. Вы останетесь с ним. Заставьте его выпить глоток виски и не спускайте с него глаз. Понятно?

— Понятно, лейтенант.

Кленси положил трубку и вернулся в комнату. Капровский не терял времени зря: он постелил простыни, положил одеяло и изобразил на диване довольно приличную постель. Кленси грозно нахмурился:

— Вы что, мать мне, что ли?

Капровский улыбнулся.

— Если говорить о матерях, то у моей — кто не умел стелить постель, так тот и не спал. Кто там звонил, лейтенант?