— Мисс Макклур, здесь у меня ордер на ваш арест по обвинению в убийстве Карен Лейт.

— Я думаю… — начала Ева, у которой буквально подкашивались ноги, — я думаю…

— Нет. Подождите, инспектор. — Терри Ринг подскочил к столу инспектора и быстро заговорил.

— У нас с вами был уговор, сделка. Сейчас я вам все расскажу. Не трогайте девочку. Она не преступница. Подождите, не арестовывайте ее. Нельзя забывать об этой полоумной Эстер.

Инспектор молчал.

— Она могла это сделать, уверяю вас. У нее было целых два мотива. Первый — жестокое обращение с ней ее сестрицы. А второй — деньги, наследство Карен Лейт, которое она получит от своей тетки.

— Да? — удивился инспектор Квин.

— Морель подтвердит вам. Карен Лейт умерла, не дожив до сорока лет. Поэтому теткино наследство переходит к ближайшей родственнице Карен. Если Эстер жива, то она является этой ближайшей родственницей. Она ее сестра и получит все эти башли. Морель!

— Д-да?

— Сколько там денег?

— Миллион с четвертью.

— Вот видите, инспектор. Кругленькая сумма. А? И она заграбастает все эти башли. Верно ведь?

Со сверкающими глазами Терри наступал на инспектора.

— И какой вы там нашли мотив для этого ребенка? Ни один мотив не выдержит сравнения с миллионом с четвертью долларов.

— Так какой же у нас был уговор, Терри? — спросил инспектор.

— Если вы меня очень попросите, — спокойно сказал Терри, — возможно, я найду для вас Эстер Лейт.

Старик улыбнулся.

— Не пойдет, Терри. Ты забыл одну вещь. Морель, что случилось бы с теткиными деньгами, если бы Карен Лейт прожила еще один месяц?

— Она унаследовала бы все деньги тетушки.

— А по завещанию Карен Лейт оставляла все деньги различным учебным и благотворительным учреждениям?

— Да.

— Другими словами, Терри, если бы Ева Макклур не убила Карен Лейт — а именно это она и сделала, — ей бы никогда не удалось прибрать к рукам эти денежки. Ни ей, ни Эстер Лейт.

Терри в недоумении нахмурил брови.

— Отпечатки пальцев на ножницах принадлежат девушке. Носовой платок принадлежит девушке. Нет никаких оснований предполагать, что Эстер вообще была в доме во время убийства. Не получится у нас с тобой сделки, Терри. Ставки не равные.

Он помолчал.

— А ты говоришь, что знаешь, где Эстер? Что ж, я это попомню.

— «Ей бы никогда не удалось прибрать к рукам эти денежки!» — фыркнул Терри. — Да ты что, рехнулся? Как может Ева прибрать к рукам денежки? Деньги перейдут только к кровной родственнице…

Наконец доктор Скотт нарушил молчание. Не поворачивая головы, он спросил:

— Инспектор Квин, вы именно этот мотив имели в виду?.. Вы хотите сказать, что моя невеста совершила преступление из-за денег?

— Да, из-за денег, — ответил инспектор, размахивая ордером на арест, — и из-за мести.

— Папа, — прошептала Ева, — ты слышал, что он скан зал? Из-за мести?

— Бросьте вы разыгрывать комедию, — строго прикрикнул инспектор. — Доктор Макклур такой же вам отец, как я.

— Не отец… Евы! — чуть слышно пробормотал доктор Скотт.

— Из-за мести? — повторила Ева.

— Да, месть за то, что Карен Лейт делала со своей сестрой Эстер: держала ее узницей в течение девяти лет, украла ее литературные труды, украла ее жизнь, семью, ее счастье.

— Мне кажется… — начала Ева. — Мне кажется, я сойду с ума, если мне не объяснят… что…

— А какое ей дело до того, как Карен Лейт поступила со своей сестрой Эстер? — со злостью спросил Терри.

— Какое дело? Я думаю, что ты тоже рассвирепел бы, если бы какая-нибудь женщина вроде Карен издевалась так над твоей родной матерью.

— Ее… матерью? — воскликнул доктор Скотт.

— Да, доктор Скотт, Эстер Лейт Макклур мать вашей невесты.

У Евы вырвался какой-то дикий крик.

— Моя мать?!

Ева пошатнулась. Терри Ринг и Эллери бросились к ней, но первым все-таки оказался загорелый молодой человек.

Часть четвертая

17

— Оставьте меня, — отстранилась от него Ева. — Оставьте меня в покое.

Она откинулась на спинку стула.

— Я вас уверяю, она ничего не знала, — сказал доктор Макклур инспектору Квину. — Поверьте мне, я скрывал от нее…

Но по лицу инспектора было видно, что он ему не верит, и доктор в отчаянии махнул рукой.

— Ева, Ева, милая.

— Вы сказали, моя мать? — спросила Ева, с недоверием глядя на инспектора. Она казалась вполне спокойной.

Но доктор Макклур видел ее глаза. Он оттолкнул доктора Скотта, который беспомощно стоял возле Евы, взял ее за локоть и подсел к кожаной кушетке, стоявшей в углу кабинета.

— Принесите воды.

Терри моментально сбегал куда-то и принес бумажный стаканчик с холодной водой. Доктор стал растирать руки и ноги Евы и смочил водой ее губы. Она посмотрела на него с болью в глазах.

— Извините, — прошептала она, пряча лицо на груди доктора.

— Успокойся, милая, все в порядке. Это я виноват, что не рассказал тебе. Поплачь, милая…

— Он сказал… Тогда, значит, Карен моя тетка. А ты мой дядя. А она… она моя мать.

— Не думал я, что тебе когда-нибудь придется все это пережить. А когда я узнал о смерти Эстер, мог ли я подозревать, что тогда она не умерла? Я считал, что тебе вообще ничего не стоит рассказывать.

— О, папа. Моя родная мать?