Читаем Женщины Парижа полностью

Возможно, со временем она вернется к прежней профессии, не обязательно адвокатуре, ведь у нее будет впечатление, что она потерпела поражение, сделала серьезный шаг назад, уж не говоря о поисках новой адвокатской конторы. Например, она может поискать место преподавателя права в университете, стать профессором, как ее родители. Это, конечно, вовсе не то занятие, о котором она грезила в детстве, но ведь в конечном итоге мечтания никуда ее не привели.

Она подумала о романе, который недавно дала себе обязательство написать. Но ей следовало признаться, что и с этим у нее ничего не выходило. Для других она умела находить слова, но только не для себя. Они к ней не приходили, и все тут. У нее совсем не было вдохновения, разве не значило это, что она совершенно не создана для писательства?

Леонар слушал ее не перебивая. После продолжительного молчания он наконец признался, что страшно замерз. Оказалось, что он стоял на улице рядом с ее домом с шоколадными бриошами в руках. И теперь с большим удовольствием принял бы ее приглашение на кофе или чай, если бы она разрешила ему к ней подняться.

Они долго разговаривали с ним в гостиной, сидя на диване. Леонар мгновенно осознал, что с этим делом покончено, что все, что он мог бы ей сказать, бессильно перед решением Солен. Впервые она не пыталась никого из себя изображать, а была самой собой. Она рассказала ему о своей слабости, о профессиональном выгорании, о самоубийстве Артюра Сен-Клера, которое полностью нарушило ровное течение ее жизни. Она рассказала ему все, о чем умолчала во время их первой встречи. Ей больше нечего было терять, нечего было скрывать.

Леонар был взволнован ее откровенностью. Он никогда не догадался бы, что ей пришлось столько перенести. Он признался, что тоже пережил трагедию несколько лет назад, когда его бросила подруга, почти жена. Когда они с ней познакомились, та уже была матерью двух маленьких детей. Этих малышей Леонар очень полюбил, как своих собственных, ухаживал за ними, укачивал на руках, старался воспитывать. Рядом с этими детьми он прожил счастливо целых десять лет, пока их не вырвали из его жизни. Такова реальность: общество не продумало механизма защиты для брошенных неродных отцов и матерей. Нет у них никаких прав: ни оставить их себе, ни даже встречаться с ними они не могут. Нет родства, значит, нет и статуса. И ты для них просто перестаешь существовать, исчезаешь, стираешься из истории их жизни, растворяешься со временем, как силуэт постепенно тает и исчезает со старого фото, как лицо, черты которого восстановить в памяти уже невозможно. Леонар признался, что познал настоящее отчаяние, рассказал даже о черных мыслях, которые его тогда преследовали. При расставании он не просто потерял спутницу жизни, он лишился целой семьи. И он почувствовал себя круглым сиротой. От прежней жизни у него не осталось почти ничего, кроме нескольких рисунков, которые ему подарили дети. Десять лет свелись к трем листам бумаги.

Сидя рядом с ним на диване, Солен слушала рассказ о его невеселой «семейной» жизни. Она прекрасно его понимала. Ведь и она сама была родом из одиночества. Пустота и одиночество, что-что, а это ей было хорошо знакомо. Квартира, где ты не знаешь, куда себя деть, где и словом перекинуться не с кем. Чувство тревоги, которое начинает завладевать тобой ближе к ночи. И ежедневный кошмар просыпаться утром в одиночестве. Особенно отвратительны были выходные и праздничные дни, когда тебя буквально захлестывает это полное одиночество, когда приходится как-то убивать время, раз уж нельзя убить себя. Создавалось впечатление, что жизнь просачивается сквозь пальцы, как песок. Что жизнь – это поезд, который невозможно остановить и в который ты никак не можешь решиться запрыгнуть.

Да, все это было ей слишком хорошо знакомо.

Леонар собрался уходить. Он с уважением отнесся к выбору Солен в том, что касалось ее волонтерства. И признался, что не знает, какой бы он мог дать ей совет. На ее месте он все-таки, пожалуй, задумался бы о написании книги. Нет вдохновения? Но, возможно, это потому, что Солен пока не отыскала подходящего сюжета? Слова – ведь они как бабочки, хрупкие и молниеносные, нужен хороший сачок, чтобы их поймать.

Он пожелал ей удачи в охоте за чешуекрылыми и поблагодарил за чай. И еще за те часы, которые она посвятила Дворцу. Нужно иметь немало мужества, чтобы просто туда пойти, просто переступить порог, а уж тем более найти свое место среди этих женщин. Солен доказала, что человек она неравнодушный, способный к глубокому состраданию, что она великодушна и терпелива. Может, она и колибри, но крылья ее – огромны.

И все же, если она вдруг изменит свое решение, пусть без колебаний ему позвонит. Ведь она знает, где его можно найти.

Солен смотрела, как он поднялся, пошел к двери, но все это было для нее как бы в полусне. Последние слова Леонара выбили ее из колеи. Вот странно, он вовсе не уговаривал ее вернуться во Дворец. Он, обычно такой настырный, упорный, просто взял да и ушел. Оставив ее в одиночестве со всеми ее вопросами.