Читаем Женщины-чекистки полностью

В середине 1921 года по просьбе начальника Подольской губернской ЧК Л. М. Заковского Грундман отправляется в Винницу, где она становится членом коллегии и начальником административно-организаторского отдела. О своей работе там Эльза Яковлевна написала (стиль и орфография сохранены): «Участвовала и руководила ликвидацией окружных банд: Нечая — сдалась благодаря агентурной работе среди банды. Лично ездила на переговоры. Банда Шевчука — была уничтожена в бою. Атаман сдался. Банда Лихо — половина сдалась во время переговоров, другая половина во время боя была разбита и убит сам атаман Лихо. Банда Артема — атаман был взят, когда я оставалась заложницей в банде, где, в общем, пробыла как заложница семь суток. Остальная банда мне сдалась по прибытии в город Винницу».

На самом деле события развивались более непредсказуемо, чем их описала в автобиографии Грундман.

Банды Артема и Лихо терроризировали сельское население, пугая его поджогами и пулеметными очередями по ночам. Среди людей распространялись слухи о намечавшемся захвате Винницы. Сами банды, насчитывая до 700 сабель, имея легкую полевую артиллерию, скрывались на хуторах, что очень затрудняло чекистскую работу.

Разгром регулярных частей банд Артема и Лихо был поручен Винницкой ЧК. Евдокимов на совещании своего отряда одобрил хитроумное предложение Грундман. Находчивая Эльза придумала такой способ «взятия» бандитов: проникнуть в логово Артема и Лихо, сообщить условия дальнейшего развития «взаимоотношений», в случае отказа добровольной сдачи чекистам действовать согласно будущей обстановке. На роль «переговорщика» Грундман предлагала себя.

В целях безопасности в логово бандитов вместе с Эльзой Яковлевной послали сотрудника спецслужб Петра Солодовского. Появившись в назначенном месте, Грундман заявила атаману Артему:

«Я — начальник информационного отделения Особого отдела Юго-Западного фронта, помощник известного тебе Евдокимова. Пора бы тебе одуматься и прекратить сопротивление! Сдавайся. Евдокимов ждет тебя в Виннице для переговоров».

Артем, обескураженный властным тоном молодой женщины, согласился выехать на переговоры. Но, опасаясь за свою жизнь, оставил Грундман в лагере бандитов как заложницу. Вечером туда приехал пьяный Лихо. Он устроил «продолжение банкета»: бандиты хлестали спиртное, обмениваясь сальными шутками. К столу пригласили и Эльзу Яковлевну. Она под общий галдеж осторожно вытащила у одного бандита наган и спрятала под куртку. Вскоре пьяный Лихо обратился к ней: «Ну, что? Говоришь, что Артему предложили переговоры? Ха-ха-ха… Может, мы с тобой тоже «переговорим»? В соседней комнате, а?» Хохочущие бандиты оторопели, когда Эльза без колебаний одобрила это предложение.

Пока Лихо закрывал на задвижку дверь комнаты «для переговоров», Грундман выстрелила в него из украденного нагана. Затем швырнула на пол керосиновую лампу, отчего комната загорелась. Эльза выпрыгнула из окна в заросли бурьяна и спустя какое-то время добралась до Винницы, прячась от бандитов.

Такие вот подвиги совершала Грундман. Стоит сказать, что вооруженные банды Артема сдались сами. Сорок человек, двенадцать подвод с продовольствием и боеприпасами — «улов» был хорош! За успешное проведение этой и других операций Эльзу Яковлевну наградили маузером с выгравированной надписью «За самоотверженную борьбу с контрреволюцией и бандитизмом».

Многие люди знали о методике такой борьбы. Переписка русского писателя В. Г. Короленко и первого наркома просвещения А. В. Луначарского свидетельствует о том, что чекистская деятельность в условиях советской власти не регулировалась правовыми нормами. (Следующие письма датированы 1920 годом).

(Короленко — Луначарскому):

«Однажды один из видных членов Всеукраинской ЧК <…> спросил меня о моих впечатлениях. Я ответил, если бы при царской власти окружные жандармские управления получили право не только сослать в Сибирь, но и казнить смертью, то это было бы то самое, что мы видим теперь».

(Короленко — Луначарскому):

«Но ведь это для блага народа. Я думаю, что не всякие средства действительно обращаются на благо народа, для меня несомненно, что административные расстрелы, возведенные в систему и продолжающиеся уже второй год, не принадлежат к их числу. Бессудные расстрелы происходят у нас десятками, и я называю их "бессудными" потому, что ни в одной стране в мире роль следственных комиссий не соединяется с правом постановлять приговоры, да еще к смертной казни. Всюду действия следственных комиссий проверяются судом, при участии защиты. Это было даже при царе».

В апреле 1921 года в Харькове была образована Всеукраинская чрезвычайная комиссия (ВУЧК), во главе которой встал В. М. Манцев (1889–1939). Евдокимов возглавил секретно-оперативную часть и Особый отдел ВУЧК.

А на должность начальника Осведомительного (агентурного) отделения этой комиссии пригласили из Винницы Эльзу Грундман.

Гражданская война фактически закончилась. В связи с этим менялись методы работы специальных органов, которые в условиях мирного времени переходили к активному использованию агентурного аппарата.