Читаем Жених для васконки полностью

— Уже? — вскинулся король, удивленно посмотрев на женщину, которая смогла стать если не возлюбленной, то верным другом. Впрочем, сам монарх создавал прочную иллюзию счастья, так что и сама Армель не понимала, что мужчина так и не смог ее полюбить.

— Ты провел тут всю ночь и утро. Пора открывать ворота.

— Думаешь, кто-то придет? Риск потерять дар…

— Я же пришла, — мягко напомнила мужу бывшая маркиза.

Луи-Батист мог бы возразить на это утверждение, но не стал.

Тяжело поднявшись (в последние годы короля стала беспокоить нога), мужчина вместе с женой вышел из кабинета.

Всего лишь десять минут и Его Величество остановился перед резными воротами, переводя дух. Времени до конца спячки демона осталось всего ничего. Что их ждет? Что если за воротами — никого?

Охрана толкнула створки и Луи-Батист малодушно зажмурился. Все равно, в случае чего, можно сказать, что короля слепил яркий солнечны свет…

— Ах! — раздался возглас Армель и король открыл глаза.

На небольшой площади перед стеной в глубоком реверансе присели десятки девушек. Рыжие, каштановые, белокурые головки — всюду, куда хватало взора. Но… откуда?!

— Ваше Величество! — Услышал король знакомый голос, — сто двадцать кандидаток от лангенской академии прибыли для прохождения испытаний!

— Эвон! — радостно воскликнула Армель и кинулась на шею подруге.

Эвон Армильи, а это была именно она, порывисто обняла королеву.

Девочки потихоньку выпрямлялись и поглядывали на королевскую чету с любопытством.

— Откуда столько желающих, мадам Армильи? — пришел в себя мужчина, шокировано отмечая, что даже у него выбор был скуднее.

— Разве могут дочери Франкии остаться в стороне, когда их страна в беде? — воскликнула одна из студенток.

— Мадемуазель Розетта! — Строго покачала головой Эвон, едва Армель ее отпустила, — разве мы не говорили с вами о недопустимости подобного поведения?

Девочка смутилась и снова присела в реверансе. По лицу Розетты было видно, что она нисколько не раскаивается в своем поступке. Остальные студентки молчали, но явно были согласны с подругой.

— Борьба за умы… — прошептал Луи-Батист, вспоминая слова Ноэля.

Эвон таки смогла воспитать настоящих патриоток, которые готовы рискнуть своим даром, чтобы дать время для своей страны…

— Прошу, мадемуазели, — улыбнулся король, пропуская девушек мимо себя в замок.

Поборемся?