Читаем Жена офицера полностью

Он хотел шутя ответить, что уже не зима и в сугроб они больше не залетят, но, увидев ее отрешенные глаза, прижал к себе.

— Никого и ничего не бойся! Я всегда буду рядом с тобой, а когда подрастет сын, мы тебе подставим два плеча.

— Я не за себя боюсь, а за вас!

Она еще раз окинула взглядом маленький поселок, состоящий из нескольких домиков. Ей вдруг захотелось вернуться обратно в эту глухомань и жить здесь до самого конца, лишь бы не вступать на эту дорогу, которая пугала своей неизвестностью… Тяжело вздохнув, она поклонилась земле, где родился ее сын.

До Караганды они добрались на третьи сутки. Батальон, куда Алексею было предписано явиться, находился в ста километрах от Караганды, в поселке городского типа Долинка. Батальон стоял особняком в двух километрах от поселка. Квартира начальника штаба батальона, уехавшего учиться в академию, должна была освободиться для семьи Соколова, но еще была занята прежними хозяевами, и Соколовым пришлось поселиться в санчасти. Лишь через три месяца семья бывшего начальника штаба уехала, и Настя с Алешей, взяв сына с собой, пошли посмотреть квартиру. Дом, в котором находилась квартира, представлял собой длинный деревянный барак, разделенный на отдельные секции, состоящие из комнаты и кухни, в которых проживали семьи офицеров и прапорщиков батальона. Войдя в квартиру и увидев, в каком состоянии она находится, Настя приуныла.

— Надо ремонт делать…

Алексей посмотрел на ее расстроенное лицо и успокаивающе произнес:

— Не волнуйся, через неделю отремонтирую.

— Опять солдаты будут ремонтировать?

— Ну а кто же еще? Были бы строители, я бы их нанял.

— Не надо. Я сама обойдусь, без твоих солдат, с ними больше мороки. Сама отремонтирую. Ты только принеси материалы,

— Настя, тебе одной не справиться. Я пришлю тебе пару солдат.

— Я уже тебе сказала: сама справлюсь. Ты только помоги унитаз заменить и в кладовке полки прибить.

— Хорошо, пусть будет по-твоему. Я тебе буду помогать.

Ремонт затянулся на целый месяц, и помощи от мужа Настя так и не дождалась. Тот с раннего утра до поздней ночи пропадал в своем батальоне.

После ноябрьских праздников Алексею дали очередной отпуск, и они поехали к его родным. По пути они заехали на родину Насти.

Валентина Петровна стояла во дворе, когда возле дома остановилась машина. Она с любопытством посмотрела на людей, находящихся в машине, и, когда увидела Настю, ахнула:

— О Господи! Настенька…

Они обнялись и невольно заплакали. Валентина Петровна, вытирая слезы, посмотрела на офицера, который на руках держал ребенка.

— Валентина Петровна, знакомьтесь. Мой муж Алексей и сын Дима.

Валентина Петровна подошла к ним, взяла на руки Диму, Малыш, капризно сжав губы, собирался заплакать, но женщина, целуя его, ласково произнесла:

— Здравствуй, Димочка!

Потом они зашли в дом,

— Настенька, вы пока располагайтесь, а я приготовлю обед.

Когда она вышла, Алексей сказал:

— Хорошая женщина.

— Не то слово. Таких на свете надо еще поискать.

Немного погодя к ним заглянула Валентина Петровна.

— Настенька, ты мне не поможешь?

— Помогу… Валентина Петровна, это вам.

Та растерянно посмотрела на подарки.

— Настенька, зачем ты…

Но Настя, улыбаясь, подошла к ней и, обняв, ласково произнесла:

— В трудную минуту вы были рядом со мной, и я вечно перед вами в долгу.

На кухне Валентина Петровна спросила:

— Ты почему столько времени не писала?

— Сама не знаю. Наверное, хотела вас удивить, что вышла замуж.

— Удивить-то удивила, но ты, наверное, забыла, что я за тебя переживала.

— Простите, Валентина Петровна. В следующий раз не повторится.

— Рассказывай…

Выслушав ее, Валентина Петровна сказала:

— А мне твой муж понравился. Хороший парень. Ты счастлива?

— Да, очень! Валентина Петровна, Алеша хочет маме поставить памятник. Вы не подскажете, где можно его заказать?

— А зачем? Памятник уже давно стоит.

— Спасибо, Валентина Петровна.

— Не мне надо спасибо сказать, а твоему деду.

Настя удивленно посмотрела на нее и машинально спросила:

— Какому деду?

— Твоему родному деду, — медленно, по слогам, ответила Валентина.

— А как он нашел меня?

— Когда на вокзале в Волгограде ты убежала от них, он в сентябре поехал в МГУ и узнал наш адрес. Приехали они вдвоем, с твоей бабушкой, поставили памятник и уехали. Каждый месяц от них приходят письма, и все спрашивают, не появилась ли ты. Настенька, они ждут тебя.

Настя отрицательно покачала головой.

— К ним я никогда не поеду.

— Настя, пожалей их…

— Валентина Петровна, пожалуйста, не надо…

Та увидела слезы на ее глазах, обняла, прижала к себе.

— Они мне все рассказали. Знаю, тебе трудно простить их, но надо. Они уже пожилые и им осталось недолго жить.

— Не могу… Вы можете это понять?

— Тебя-то я понимаю, но стариков жалко.

После обеда они пошли на кладбище. Ограда и памятник, сделанные родителями матери, резко выделялись среди других могил. На памятнике золотыми буквами были написаны слова: «Ты прости нас, доченька».

Валентина Петровна взяла Алексея под руку, отвела в сторону.

— Пусть побудет одна.

Настя смотрела на фотографию матери. «Мама, посоветуй, что мне делать?» Но та безмолвно смотрела на дочь.