Читаем Жена на выход полностью

Удивительно, но сколько бы я не злил ее, не отталкивал, она всегда доверяет мне. Словно чувствует, что, несмотря на возведенные между нами барьеры, несмотря на то, что она больше не моя, несмотря на все ссоры и недомолвки, я неизменно готов ради нее на все…

В клинике нас встретил Иван Арсеньев. Он не сильно изменился с тех пор, как мы виделись в последний раз, лет пять назад, как раз перед тем, как он перебрался в Эмираты в поисках лучшей жизни. Передо мной стоял высокий шатен в выглаженном медицинском костюме, серьезно устремив на нас свои серые глаза. Задав мне пару вопросов, бегло осмотрел Карину и подозвал медперсонал, строго давая им ряд каких-то указаний.

Передав ее суетящимся работникам клиники, мы с Арсеньевым направились в его кабинет, хотя мне так не хотелось оставлять дьяволенка одну. Я чувствовал себя как на иголках и нервно поскрипывал зубами.

— Да присядь ты, не паникуй, — похлопал меня по плечу Иван. — Все нормально будет с твоей спящей красавицей, сейчас сделаем пару анализов… Чай, кофе?

— Нет, спасибо, — остановил его жестом, усаживаясь на диван. — Как ты здесь устроился, Ваня?

— Знаешь, неплохо. Есть, конечно, свои трудности, связанные с… кхм… менталитетом местного народа, но в целом хорошие условия труда и зарплата достойная. Не то, что на родине, — хмыкнул многозначительно. — А ты как? Что, СуперСтар, окольцевали тебя все-таки? — раскатисто засмеялся.

Я лишь покачал головой, усмехнувшись в ответ. Вспомнил же он школьное прозвище! Учителя часто коверкали мою фамилию, называя не Стра-, а Старвинским. Сей факт не укрылся от зоркого внимания одноклассников, которые и окрестили меня дурацким «СуперСтаром».

— А как же: «Не родилась еще та баба, которая меня под венец затащит»? — продолжал подначивать меня Арсеньев.

— Ну, значит, родилась, — задумчиво протянул я.

Иван хотел еще о чем-то пошутить, но тут в кабинет вошла медсестра с результатами анализов. Я удивился, насколько быстро все было сделано. Да уж, Россия или Эмираты, не важно, ведь кое-что остается неизменным: дружеские связи облегчают жизнь.

Арсеньев взял бумаги, быстро пробежав результаты глазами, и нахмурился, остановившись на одном из листков. Почесал затылок и, откинувшись на спинку кожаного кресла и уперевшись руками в край стола, пристально посмотрел на меня, будто ожидая объяснений.

— Что с ней? — севшим голосом спросил я.

— Жить будет, но не факт, что на свободе, — произнес со свойственным ему сарказмом.

— Какого черта, Вань! Что с ней? — громко рявкнул я и вскочил с дивана, приблизившись к столу и нависнув над ним.

— Не ори и лучше присядь. Не в ваших интересах сейчас поднимать шумиху, — раздраженно оборвал меня он и тут же объяснил. — В крови твоей жены обнаружены следы психотропных веществ. Ты в курсе, что ей грозит за это здесь, в Эмиратах?

Я ошарашенно округлил глаза и медленно опустился на стул, стоящий рядом. Я был наслышан, что по строгому законодательству ОАЭ употребление наркотиков карается тюремным заключением вплоть до пяти лет. Но как эта дрянь попала в организм Карины? Неужели Аман подсуетился? Убью гада! Нет, сначала вытащу свою жену, а потом убью гада!..

— Это какое-то недоразумение, — просипел я. — Она никогда не…

— Никто разбираться не будет, факт есть факт. Если бы на моем месте был другой врач, да еще и араб, сдали бы уже твою благоверную в руки доблестных органов правопорядка. Здесь с наркоманами разговор короткий, — заговорщическим шепотом сказал Иван.

— Полегче с выражениями, ты о жене моей говоришь! — не выдержал я.

— Ты не в том положении, чтобы права предъявлять, — ответил с издевкой, а потом порвал листок со злополучным анализом и продолжил серьезно. — Короче, поступим там. Сейчас я ее быстро прокапаю, напишу тебе, чем ее дома отпаивать и что делать… И вы тут же испаритесь, будто и не было вас в этой клинике, понял?

Иван резко поднялся с кресла и взмахом руки поманил меня за собой, покидая кабинет. Мы молча преодолели длинный светлый коридор и вошли в одну из дверей. То, что это нужная нам палата, я понял по доносившемуся оттуда голосу Карины. Она о чем-то спорила с медсестрой и грозно требовала «Макса».

— Нет, позовите моего мужа! — по-английски приказала она растерянной женщине лет пятидесяти, а та лишь пожала плечами и перевела жалобный взгляд на Арсеньева, будто ища поддержки.

— Я здесь, Карина, не шуми, — подошел я к разъяренному дьяволенку, пока Иван давал какие-то распоряжения медсестре.

— Почему я здесь? Зачем ты привез меня в клинику? — обратила весь свой гнев на меня, а я лишь улыбнулся тому, что она хотя бы немного пришла в себя. Однако ее взгляд все равно был каким-то уставшим и мутным.

— Ты потеряла сознание и… — спокойно начал я, но Карина не дослушала.

— Это не повод тащить меня в больницу! — процедила она, прищурив глаза и стреляя в меня янтарными молниями. — Забери меня домой, немедленно! — приподнялась на локтях, но тут же обмякла и бессильно уронила голову на подушку.

— Карина, послушай, — попытался убедить ее, однако в этот момент к нам вернулась медсестра.