Читаем Жена на выход полностью

Стравинский помялся на пороге, будто анализируя степень моего недовольства, и все же рискнул подойти ближе.

— Да, ты права, прости, — негромко произнес и, спрятав руки в карманы брюк, сообщил. — На завтра Хуршид назначил встречу в очень узком кругу, — он сделал паузу. — На ней будем только мы и… Аман, — на этих словах я невольно охнула, а Макс нахмурил брови. — Знаешь, ты можешь не идти со мной. Я придумаю, что сказать шейху и…

— Нет, я пойду, все в порядке, — перебила его.

— Но этот Аман действительно подозрительный тип, да и ты его опасаешься, — покачал головой Стравинский.

— Мне нечего бояться, ты же будешь рядом, — хмыкнула я, отчего лицо Макса приобрело довольное выражение. — Ай, — не оставляя попыток расстегнуть платье, я неудачно дернула застежку, и ее язычок угодил мне под ноготь.

— Да что ты там чешешься! — закатил глаза Макс и приблизился вплотную ко мне. — Иди сюда!

Положил руки на мою талию и легким движением развернул меня к себе спиной. Я задержала дыхание, когда почувствовала, как его пальцы коснулись моей шеи и медленно поскользили вдоль позвоночника, расстегивая молнию. Подняла глаза на зеркало и в отражении встретилась с непроницаемым взглядом Макса.

Победив мою молнию, Стравинский напряженно сжал губы и, помешкав недолго, молча покинул спальню, со звучным хлопком закрыв дверь.

Наконец-то, я смогла выдохнуть. Что этот мужчина делает со мной? Два года как-то выживала без него, а стоило сутки вместе провести — и все, растаяла Снегурочка?

Возьми себя в руки, Карина, и вспомни, что из себя на самом деле представляет Максимилиан Анатольевич! А главное — зачем ты здесь!

Со злостью посмотрела своему отражению в глаза и рывком скинула платье.

Только бизнес, ничего личного! Мысленно повторяя эту истину, переоделась в майку и шорты, которые служили мне пижамой, и нырнула в воздушную перину постели.

Хотела отдохнуть и наконец-то избавиться от гнетущей усталости, но сон не спешил забирать меня в свой плен. Я переворачивалась с бока на бок, мигрировала по всей площади невероятно огромной кровати, но все никак не могла найти себе удобного места.

Усугубляла ситуацию нарастающая духота. Наощупь нашла пульт от кондиционера — и, нажав кнопку, постепенно начала ощущать спасительную прохладу.

Но теперь вдруг поняла, что пересохло в горле, и захотела пить. Да я веду себя в точности, как Алекса, когда та не желает спать! Кстати, как она там? Жаль, звонить уже поздно… Взглянула на часы: циферблат показывал три часа ночи.

И спать не могу, и до утра целая вечность!

Прокрутившись еще пару раз в постели, все же встала и неуверенно подошла к двери. Чтобы попасть на кухню за водой, надо преодолеть гостиную, где спит Макс. При одной мысли об этом сердце забилось пойманным за уши зайчиком.

Миссия сложна, но выполнима!

Тихонько приоткрыла дверь и на цыпочках последовала в сторону кухни, но тяжелый мужской полухрип-полустон заставил меня остановиться.

Макса опять мучают кошмары?

Помотала головой, пытаясь отогнать непрошенные эмоции: это меня не касается!

— Нет, — сквозь сон пробормотал Стравинский.

Черт! Карина, ты об этом пожалеешь!

Игнорируя вопли разума, рванула к Максу и, присев на краешек дивана, провела рукой по покрытому испариной лбу мужчины.

— Макс, это сон, — шепнула я, не решаясь говорить громче.

Стравинский резко подскочил, чуть не столкнув меня с дивана, но машинально успел придержать за плечи, уберегая от падения.

— Дьяволенок? — ошеломленно просипел он и тут же исправился. — Карина… Что ты…

— Опять кошмары? — не дала ему закончить фразу. — Надо же что-то с этим делать! Обратиться к специалистам, лекарства принимать… Это ненормально! — воскликнула я.

— Все нормально. Иди спать, — равнодушно ответил он.

Я взволнованно всмотрелась в его лицо. В тусклом свете, льющемся из окон, смогла разобрать лишь общие черты, но все же поняла: Макс выглядел уставшим и несчастным. И при этом, как обычно, пытался закрыться от меня и упорно отвергал любую помощь. Это у Стравинских в крови…

Словно со стороны наблюдала, как моя рука, не подчиняясь здравому смыслу, потянулась к лицу Макса и нежно погладила грубую, шершавую щеку…

И в следующее мгновение, порывисто вздохнув, я обняла Стравинского, уткнувшись носом ему в шею.

Все, Карина, это провал!..

Макс, кажется, даже дышать перестал. Я слышала лишь частое биение его сердца: видимо, он еще не отошел от страшного сна…

Но его замешательство длилось недолго. Крепкие мужские ладони уверенно обхватили меня за талию, и я даже не поняла, в какой момент оказалась перевернута на лопатки, вжата спиной в диван и припечатана сверху мощным телом Макса. А он не оставил мне времени на размышления, страстно завладев моими губами.

Обжигающие поцелуи плавно переместились на шею, заставляя меня шумно выдохнуть, спустились к ключице. Руки Стравинского исследовали мое тело, а оно, в свою очередь, предавало меня, реагируя мелкой дрожью.

— Это… неправильно, — жалобно мяукнула я, пытаясь вырваться из объятий Макса, упираясь в него руками.