Читаем Жена чудовища (СИ) полностью

Даже не обернулся. А вдруг… Вдруг у него кто-то есть? Вдруг завел любовницу? Тогда я ничего не понимала… Зачем он так был бережен со мной во время беременности? Если сейчас он был так холоден ко мне?

Не выдержала и разревелась. Надо было идти и греть ужин для мужа, но не смогла. Поднялась в комнату к сыну. Села на кресло, стоящее возле его кроватки, и просунула руку и сжала, слабенько так, сжала его крохотные пальчики. А по лицу текли слезы. Не знаю, сколько так просидела. Я так погрузилась в свои страдания, что даже не заметила, как в комнату вошел муж. Вздрогнула, когда он опустил ладонь на мое подрагивающее плечо.

— Ты что здесь делаешь? — Абрам присел передо мной на корточки и перевел взгляд на сына, который во сне улыбнулся. Не удержались и улыбнулись оба. Все-таки я ему была благодарна за сынишку… Но что если… Но что если я ему была нужна только, как мать его ребенка? Или просто как инкубатор?

— Он такой замечательный… — прошептала я, всхлипнув.

Абрам повернулся ко мне. Нахмурился. Точно недоволен.

— Чего ревешь? — немного грубо спросил, а я не выдержала и разревелась пуще прежнего.

Абрам тяжело вздохнул, взял меня под локоть и аккуратненько вывел из детской комнаты. Привел меня на кухню и немного грубо усадил за стол. А сам сел напротив.

— Чего ревешь? — он требует ответ, а я сказать ни слова не могу. Душа рвется на части.

— Ты…т-ты меня не любишь! — выдавила я, — Тебе только сын нужен!

Несколько секунд Абрам смотрел на меня, словно на сумасшедшую.

— С чего такие выводы? — он взял меня за руку, — Я вроде повода не давал…

— Давал! — возмущенно воскликнула я и даже стукнула кулаком по столу.

Абрам приподнял брови, а потом расхохотался.

— Ты еще ножкой топни! — он щелкнул меня по носу. — Говори, что все-таки случилось. Говори, иначе заставлю.

Я все никак не могла совладать со своей истерикой. Тогда Абрам встал и налил мне стакан холодной воды.

— На, пей. И постарайся успокоиться.

Я выпила стакан с водой.

— Еще.

Он налил мне еще воды.

— На.

Я выпила.

— А теперь говори.

Я вздохнула и заговорила:

— Я стала тебе не нужна, ты специально задерживаешься на работе… Не обращаешь на меня внимание. Не целуешь, не обнимаешь… Словно я пустое место. Раньше так не было… Что изменилось? Я понимаю, что стала не такой привлекательной, как раньше…

Абрам вдруг стукнул кулаком по столу и тихо проговорил:

— Заткнись, — он поморщился, — лучше заткнись прямо сейчас. Пока чего лишнего не сказала. И давно в голове у тебя это дерьмо?

Я пожала плечами.

— Давно ли мои переживания стали дерьмом?

— Это пустые переживания. Понимаешь? Начнем по порядку. Во-первых, если я живу с тобой, значит, ты дорога мне. Во-вторых, если мне было на тебя плевать, я бы тебя вышвырнул. Не стал бы терпеть. И сын бы тебя не спас.

— Лишил бы меня сына?! — возмущенно прошипела я.

— Даже отвечать не буду.

— Ответь!

— Дальше, — Абрам сжал мои пальцы, — в-третьих, я не трогаю тебя, потому что жду, когда ты восстановишься после родов. Если тебе так хочется, буду зажимать тебя по углам. Есть еще вопросы?

Вроде то сказал, а вроде и не то.

— Зажимать по углам? Вот чего я достойна?

— Не то сказал, да? — Абрам виновато почесал затылок. — Прости, я тоже не железный. Устаю. Мы с Багратом бизнес с нуля начали. Я пашу как проклятый, чтобы у тебя и у сына было все. Хочешь, значит, нежности и внимания?

Я тяжело вздохнула. Все же не до конца он понял меня. Не до конца.

— Я хочу, чтобы ты этого хотел. Я не хочу, чтобы ты прикасался ко мне через силу…

Я не договорила, потому что Абрам силой притянул меня к себе. А потом… Потом страстный поцелуй похитил мое дыхание. Я цеплялась за него, отдавая ему всю себя.

— Люблю… Люблю… Люблю…- шептал Абрам, покрывая мое лицо хаотичными поцелуями. Прислонился лбом к моему лбу и тихо произнес, касаясь моих губ время от времени, — Никогда… И никому… Слышишь, никогда и никому таких слов не говорил. Что же ты творишь со мной? Разве не видишь, что с ума по тебе схожу. Какая ты… Какая ты стала. С каждым днем все лучше и лучше. Ты не знаешь, а я признаюсь… Ты спишь, а я сижу и смотрю на тебя. Налюбоваться не могу. Смотрю и холодею от страха. Вдруг ты захочешь уйти от меня? Вдруг разлюбишь? Ты не говоришь о любви, а я знаю, что любишь. Вижу по глазам твоим, по твоему дыханию, по сердцебиению. Но знай, — он запустил пятерню в мои распущенные волосы и больно сжал, — знай, что даже если захочешь, даже если умолять будешь… Я тебя не отпущу. Ни за что. Лучше сам убью, чем отдам кому-то. Моя ты. Жена моя. Мать моего сына. Любовница моя. Моя шлюха… Мне продолжать? Ты просто моя. Понятно? Так тебе яснее? — очередной грубый поцелуй.

— Отчетливо… — прошептала я, улыбаясь, — Люблю…

Люблю. Безумно.

* * *