Читаем Жена башмачника полностью

Густые побеги текомы облепили водосток густо-оранжевыми и нежно-зелеными брызгами – шелковые мазки на коралловом фоне кирпичей. Лиловые гиацинты выплескивались из беломраморных античных ваз по обе стороны черных лаковых дверей «Милбэнк-хауса» – дома номер одиннадцать по Западной Десятой улице Гринвич-Виллидж.

Справа от входной лестницы высокие, от пола до потолка, торжественные окна обрамляли фестоны многослойного белого шелка, бледно-золотые жаккардовые портьеры были раздвинуты, и помещение заливал мягкий свет с тенистой улицы. У входа не было ни таблички, ни надписи, ни общественного почтового ящика – ничего, что наводило бы на мысль, что «Милбэнк-хаус» только кажется элегантным особняком, принадлежащим богатой семье.

Расположенный в самом центре района роскошных домов, выросшего между преуспевающей епископальной церковью на углу Пятой авеню с одной стороны и очаровательными зданиями Патчин-плейс за Шестой авеню – с другой, этот квартал был одновременно эксцентричным и респектабельным. Редкое сочетание для Нью-Йорка начала века.

«Милбэнк-хаус» состоял из двух соединенных между собой зданий, в которых было двадцать шесть спален, четырнадцать ванных, общественная библиотека, столовая, огромная подвальная кухня, оборудованная подъемником, и салон красоты. К дому прилегал сад. Особняк находился в собственности «Союза христианок», и за разумную плату тут предоставляли стол и кров молодым женщинам, оказавшимся в Нью-Йорке без семьи и связей.

Эмма Фогарти, как и обещала, заглянула к управляющей пансионом и расхвалила новых подруг, талантливых рукодельниц. Одна – иммигрантка из Италии, другая – решительная ирландка, и обе нуждаются в подходящем жилье и солидном адресе, чтобы реализовать свою мечту и стать высококлассными портнихами, обшивающими театры на Бродвее и высшее общество, от парка до Пятой авеню.

Завтрак и ужин были включены в еженедельную плату, а еще в пансионе был пресс для отжимания белья и в подвале – веревки для сушки. Но важнее всех этих примет комфортной жизни была компания молодых обитательниц, стремящихся достичь большего благодаря таланту и энергии. Наконец-то Лаура и Энца попали в среду, где разделяли их чувства и устремления.

Мисс Каролина де Курси, управлявшая пансионом, была изящной седовласой леди, элегантной и с великолепными манерами. Лаура Хири пришлась ей по сердцу с первого взгляда. Матушка де Курси была родом из того же ирландского графства, что и семья Хири.

Она провела девушек на четвертый этаж. В просторном холле вдоль стены выстроились шкафы с простыми медными ручками. Мисс де Курси открыла один из шкафов. На самом верху располагались длинные, вместительные полки для шляп, ниже – перекладина с рядом свободных деревянных плечиков, а в самом низу было достаточно места для обуви, а еще отделение для сумок и саквояжей.

– Займите вот этот, мисс Раванелли, – сказала мисс де Курси. – А вот этот ваш, мисс Хири. – Она открыла другую дверцу.

Девушки переглянулись, не в силах поверить в такое везение. Шкафы! Энца обходилась своей дорожной сумкой с тех пор, как покинула Италию, а Лаура делила гардероб и крючки с сестрами и кузинами в их общем большом доме.

– И следуйте за мной, – велела мисс де Курси, отпирая дверь в нише рядом со шкафами.

За дверью оказалась самая прелестная комната из всех, какие Энца когда-либо видела. Косой потолок с мансардным окном. Камин и зеркало. Падавший в окно свет отражался в полированных ореховых половицах. Две мягкие кровати были накрыты пухлыми одеялами, между кроватями – тумбочка с лампой. Рабочий стол под окном, еще один – возле двери. Да тут для них обеих предостаточно места! Спокойная простота обстановки, запах лимонного воска и свежий ветерок, долетавший из сада сквозь открытое окно, – все это придавало комнате домашний уют.

– Я подумала, что двум портнихам подойдет комната с хорошим освещением, пусть и на четвертом этаже. Большинство девушек предпочитают второй…

– Это самая прекрасная комната, какую я только видела в жизни! – с жаром воскликнула Энца.

– Мы никогда не сможем в полной мере отблагодарить вас! – добавила Лаура.

– Поддерживайте порядок и не сушите чулки в общей ванной. – Мисс де Курси вручила каждой по ключу. – Увидимся на ужине, – добавила она, закрывая за собой дверь.

Лаура бросилась на кровать, и Энца последовала ее примеру.

– Ты слышишь? – спросила Лаура.

– Что?

– Как звонит к ужину колокольчик… и скрипит колесо Фортуны! – рассмеялась Лаура.