Читаем Желтый бес. полностью

Пол засыпан песком. Антон попробовал раскопать – не менее полуметра, дальше сплошной камень. Расчистили участок стены от пыли. Под ней оказалась глина. Судя по характерным разводам, это делали люди. Антон хмыкнул, достал геологический молоток. На стальном клюве остались ржавые пятна высохшей крови. Девушка побледнела и поспешно отвернулась. Антон пожал плечами – ну, не вытер как следует, извини … Сунул молоток в песок, энергично потер. Удары железом о камень отозвались коротким гулом в подземелье. Глина спеклась до плотности бетона, удавалось откалывать только маленькие кусочки. Бить со всей силы Антон опасался – вдруг под слоем глины надписи те самые, из-за которых приехали сюда. Еще испортит! Валя стоит рядом и внимательно следит за работой. Когда верхний слой глины удалось сбить, под ним оказался обычный скальный массив. Антон вытер пот с лица, размазывая коричневую грязь, разочарованно вздохнул. В глубине души он надеялся, что интересующие Сан Саныча закорючки находятся именно здесь. Как только надписи будут обнаружены, позвонит Науменко и на этом все, можно собираться домой. Лазить по горячему песку и камням Антону совсем не нравилось. Даже с любимой женщиной. Этим можно заняться совсем в другом месте. Валя, как истинный ученый, не разделяла пессимизма Антона. Достала свой молоток, немного поменьше и легче, принялась тщательно простукивать стены. Антон иронично улыбнулся. Он не верил в таинственные скрижали на древних стенах, которые описывают великие деяния древних властелинов и сокровенные знания прошлого. Монотонное постукивание молотка внезапно изменилось. Стена отозвалась звонко и чуть надтреснуто. Девушка на мгновение замерла, словно не веря своему счастью, а потом лупанула со всей силы. Громадный кусок глины с шумом рухнул чуть ли не на голову. Валя в последний момент сумела отскочить, несколько мелких кусочков все же больно ударили по ногам. Упавшая глина подняла пыль до потолка. Девушка выскочила из мутного облака вся обсыпанная коричневой пудрой, с радостным криком, как будто обнаружила нечто сверхъестественное.

- Антон, я нашла письмена!

Когда пыль улеглась, стало видно, что от стены отвалился кусок замазки шириной с двуспальную кровать. На гладком камне высечены странные закорючки, палочки и кружочки. Для непосвященного просто резьба сумасшедшего по камню, но для ученого это целое сокровище. Девушка рассматривала непонятные Антону знаки с величайшим вниманием, вставала на цыпочки и даже ручками помахивала, словно хотела воспарить на манер мотылька.

- Что написано-то? – не выдержал Антон.

- Сейчас … сейчас … - отрешенно забормотала Валя, - это знак препинания, что ли? А здесь одно слово повторяется три раза. Зачем? А, ладно … Слушай, здесь написано следующее … ну, примерно, конечно, я не очень-то хорошо владею древними языками. Мы находимся в камере …

- Предварительного заключения, - не удержался от шутки Антон.

- Да. А как ты догадался? Изучил иероглифы? – удивилась девушка.

- Э-э … так, несколько штук, - нашелся Антон. На самом деле он ляпнул просто так, для хохмы. Не признаваться же, что дурак безграмотный!

- Хорошо, молодец, - похвалила Валя. – Так вот, в камеру предварительного успокоения – так точнее – помещали умерших и готовили для дальнейшего пути. Ну, обмывали, удаляли внутренности, дабы воспрепятствовать быстрому гниению и одевали.

- Мумифицировали?

- Нет. Мумификация была характерна для древних египтян и применялась только для знати. Считалось, что души покойников вернутся из загробного мира, мертвые оживут и поэтому тела надо сохранять.

- Похоже на христиан. Они тоже верят, что восстанут из мертвых, поэтому бренное тело надо вернуть земле, из которой оно и создано.

- Да, вроде того, - кивнула Валя. – Не сбивай меня! Дальше написано, что умерших отправляли … не пойму … Ну, одним словом, их переносили в другое помещение, где был вход в преисподнюю … Как странно! – пожала плечами девушка.

Антон оглянулся. Пространство под куполом тускло освещается солнечными лучами сквозь проломы в потолке, волны пыли колышутся в воздухе, тишина высокомерно молчит. И нет ни малейших признаков перехода в другую камеру или зал, как там правильно?

- Вот-вот, и я ничего не вижу, - грустно подтвердила Валя. – Нет ничего, что указывало бы на вход в преисподнюю.

- А ты точно перевела?

- Только по смыслу первые несколько строк. Знаки трудно разобрать, замазаны глиной. К тому же речь идет не о египтянах, а совершенно другом народе, с иными обычаями.

- И что это значит? – не понял Антон.