Читаем Желябов полностью

Либо удастся в России построить особый русский социализм, свободные крестьянские федеративные общины и артели, опираясь на своеобразие нашего исторического развития, на общинный дух, — либо вообще социализм, особенно в его западноевропейской форме, не возможен у нас. Народовольцы находили возможным построить особый, общинный социализм. На это большевики ответили: социализм народников есть крестьянская утопия, обращенная к прошлому, а не к будущему. Будущее принадлежит не общинно-народническому, а научному социализму, который в основу кладет обобществление средств производства крупной индустрии в городе и деревне.

Народовольцы надеялись, что социалистическая революция победит, как революция крестьянская. Пролетариат в России самостоятельного значения не имеет. Фактически они противопоставляли и здесь русскую, крестьянскую революцию революции европейской, пролетарской.

Ученики Маркса на это ответили: в, России революция победит как рабочая революция. Но в отличие от меньшевизма, который искал союза с либеральной буржуазией, большевики, провозглашая в революционной борьбе гегемонию рабочего класса, вместе с тем полностью учли и значение крестьянства. Народники считали крестьянина прирожденным социалистом. в этом они тоже не выходили из круга метафизических противоположений: либо крестьянин собственник, либо он общинник, социалист. На это Ленин сказал: у крестьянина — "две души": как труженик, как человек, который живет своим трудом, перенося гнет капитализма, крестьянин стоит на стороне рабочего; но он в то же время и собственник, мелкий товарный производитель. Поэтому, угнетаемый помещиком, чиновником, крупным капиталом и крепостническими пережитками, крестьянин как труженик является естественным союзником рабочего.

Отсюда лозунг революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства в период борьбы за буржуазно-демократический переворот с тем, чтобы от революции буржуазно-демократической в меру сил и возможности, немедленно перейти к революции социалистической. При социалистическом же перевороте главная задача сводится к утверждению на переходное время диктатуры пролетариата, который должен присоединить к себе полупролетарские элементы населения, нейтрализовать на первых порах крестьянина, середняка — собственника, парализовать его неустойчивость и вовлечь его дальше в качестве союзника в социалистическое строительство; главным условием такого успешного совлечения является обобществление важнейших и крупнейших средств производства и их дальнейшее укрепление. Практически эта задача под руководством партии большевиков разрешена ныне индустриализацией страны, победой колхозов и совхозов на базе сплошной коллективизации и ликвидации кулачества как класса. Народовольцы полагали:

— Либо социализм, либо политика; либо экономическая борьба, либо борьба политическая. Мы за политику; социализм пока отодвигается назад, до удачной расправы с царизмом.

Ученики Маркса ответили: нельзя метафизически противопоставлять экономическую борьбу борьбе политической, всякая классовая, экономическая борьба есть в то же время и борьба политическая. Социализм включает в себя политику. Народовольцы рассуждали:

— Либо социальный, т. е. социалистический переворот, либо буржуазный. Надо добиваться социалистического переворота против буржуазного: буржуазный переворот только отдаляет социализм. Ученики Маркса разъяснили: буржуазный переворот при всей своей ограниченности не отдалит социалистического переворота, а его приблизит. Октябрьским переворотом большевики показали на деле, как надо переводить от буржуазно-демократической революции к революции социалистической. Сломав аппарат буржуазно-полицейского государства, они утвердили власть советов, воплотив в жизнь основу основ ленинизма — учс-1 не о диктатуре пролетариата. Так и в теории и на практике были разрешены шатания народников по вопросу о захвате власти между бланкизмом и бакунизмом.

Связывая себя со всем революционным международным социалистическим движением, рассматривая себя одним из передовых отрядов мировой революции, большевики в дальнейшей деятельности исходили из твердой уверенности, что у нас при диктатуре пролетариата есть все необходимое для построения социализма. Это учение о социализме в одной отдельно взятой стране, опираясь на марксизм — ленинизм, развил тов. Сталин.

Народовольцы противополагали:

Либо стихия, либо сознание; либо толпа, либо герои. Они были за сознательное меньшинство, за конспиративную организацию революционеров "вместо массовой борьбы.

На это было отвечено в "Что делать?": "Стихийный элемент представляет собою, в сущности, не что иное, как зачаточную форму сознательности".

Отсюда необходимость соединить стихийную борьбу масс с деятельностью сознательного социалистического меньшинства, "толпу" с "героями". Весь вопрос в том, чтобы связать революционную работу с рабочим движением. Ленин и его последователи выдвинули идею строго централизованной организации профессиональных революционеров; но, выдвинув эту идею, Ленин писал: