– Квааа. – Квакила вспорхнула и, балансируя крыльями, вновь уселась на перилах, всем своим видом показывая, что это уже не ее проблемы.

Сергей Петрович отдраил ложечку зубной пастой и подробно описал в сцене обнаружения семейной реликвии. Вместе с вороньими подарками к нему в голову приходили новые повороты в той или иной истории. Он даже внес Квакилу в список благодарностей в конце книги. Впрочем, писатель не знал обратную сторону медали. Ворона оказалась совсем не проста. Белой и пушистой она была лишь для Жюли, поскольку считала ее высшей кастой. К другим кошкам, грязным, уличным, она относилась с презрением и всякий раз демонстрировала свое превосходство. Так, например, у черной облезлой Мани из соседнего подвала всегда отбирала еду и старалась еще больнее ущипнуть остаток драного уха.

– Сволоччччььь, – шипела на нее Маня. – Ссволочччьь, подхххалимка!

Маня не знала, как разительно отличается от блондинки с атласной шерстью и голубыми очами, что восседает на балконе шестью этажами выше. Маня о сытой жизни в тепле могла только мечтать.

Глава 5

Куриный домик

Две недели Вадим Казаченко носил в кармане извлеченный из писателя кристалл. Не понимал, что делать дальше. Задумчивым и растерянным его встретила в лифте Марго.

– Какие-то проблемы? – улыбнулась она хирургу.

– В некотором роде. – Вадим с удовольствием рассматривал ее лицо. Отчаянно длинные ресницы (врач не подозревал, что их наращивают), чистая кожа, ямочка на одной щеке, маленький шрам над бровью.

– Оперировали фронтит? – спросил он, показывая пальцем на идеальную выщипанную бровь.

– Что? Нееет. – Маргоша засмеялась. – В детстве ударило качелями. А не хотите прийти ко мне на прием? Разберем вашу ситуацию, подумаем, что делать. Я психолог, вы же в курсе? Принимаю здесь, во дворе, в «курином» домике. Для вас – скидка пятьдесят процентов!

– Почему бы и нет? – Вадим подумал, что это хороший повод познакомиться с красавицей поближе.

– Звоните, запишу вас в ближайшие дни. – Она протянула визитку.

– Спасибо, освобождаюсь только в пять.

– А я – до девяти вечера. Так что успеете. – Лифт открылся, она выпорхнула, оставляя за собой шлейф дорогих сигарет и цветочных духов.

Вадим улыбнулся, от предвкушения чего-то сладостного закололо внизу живота. Недоумение вызывала только локация. Он прекрасно знал «куриный» домик в двух минутах ходьбы отсюда. Тот самый, где находился пункт выдачи «Озон» и еще десяток странных комнатух с разнообразными вывесками на дверях. От продажи матрасов до ремонта обуви и ювелирной мастерской.

«Ювелир, остолоп! – Вадима вдруг озарило. – Надо отнести камень ювелиру и понять его происхождение!»

Простая мысль, странно, что она не пришла ранее.

Вечером этого же дня Вадим был в «курином» домике. Это здание получило свою кликуху за абсолютно сказочный вид. Оно было небольшим, двухэтажным, изначально деревянным. Совершенно инородным среди помпезных «сталинок» и современных каменных высоток. Принадлежало частному лицу и сдавалось в аренду кучке маленьких компаний и индивидуальных предпринимателей. Каждый год в управе обещали местным жителям, что дом снесут и построят вместо него суперактуальную в этих краях многоярусную парковку, но время шло, а «избушка на курьих ножках», серая от дождей и снега, хлипкая и пожароопасная, стояла себе и принимала все новых арендаторов. Видимо, хозяин щедро делился доходами с кем-то важным из столичных властей.

Недавно, правда, дом обнесли серебристым сайдингом, на что местные жители отозвались в чате района: «Избуху нашей Бабы Ежки жестко тюнинговали. Видимо, готовят в космос». После апгрейда дом стал похож на сверхсекретный ангар.

Хирург поднялся на смешное крылечко, толкнул неуклюжую дверь и оказался внутри холодного сырого помещения с длинным коридором. На первом этаже были, как он помнил, «Озон» и «Матрасы», указатель с надписью «Ювелир» направлял наверх.

Скрипучая деревянная лестница резко уперлась в пафосную плитку под мрамор на втором этаже. Стык дерева и керамики указывал на то, что клиент попал в мир вип-обслуживания и, как следствие, вип-ценообразования. Вдоль коридора один за другим находились кабинеты. На ближайшем висела табличка с непонятными словами «МИРА ТХОР», далее значилась «Ювелирная мастерская “Карат”: пайка, гравировка, литье». И в конце мраморного тоннеля – дверь с изящным шильдиком «Психолог».

Вадим понял, что здесь и заседает Маргарита. На всякий случай постучал, дернул ручку, но хозяйки на месте не было. Вернулся к приоткрытому ювелирному кабинету и заглянул:

– Можно?

Его вопрос смешался со звуком бормашины, который заполнял все пространство комнаты и рвался в коридор. В дальнем углу за деревянным столом, вырезанным полукругом, сидел пожилой мужчина и полировал какую-то штуковину.

– Здравствуйте, разрешите! – Вадим повысил голос до крика.

Бормашина обиженно взвизгнула, подавилась и заглохла. Мастер поднял на лоб мощный бинокуляр, вытер руки о фартук и подошел к фанерному прилавку, который отделял рабочую зону от клиентов.