Читаем Желание клиента – закон полностью

Тем временем я встретила Михалыча, тот без лишних вопросов передал мне машину. Я щедро вознаградила механика за помощь, и он практически сразу же ретировался на автобусную остановку. Джип мало чем отличался от взорванного. Я сразу же мысленно назвала его машиной Бруклина номер два.

До выхода из дома Антонина больше не сопротивлялась и не спорила, смирившись с той ситуацией, в которой оказалась. По моим оценкам, поведение девушки говорило о том, что ее слова о решении все изменить и уехать с Бруклином за океан были искренними. Да и такая перспектива, учитывая ее биографию, могла быть оценена ею как счастливый финал. С братом-наемником надежд на будущее куда меньше, если не сказать, что их совсем не было.

Мы поехали на двух машинах, так как ситуация могла обернуться непредсказуемо. Виктор повел мой «Фольксваген». Петр, по моим оценкам ситуации, должен был затаиться. Взрыв и повышенное внимание полиции к этому происшествию, устроенному умелыми руками наемника, вынуждали его поступить именно так.

Дом под номером сорок три по улице Новаторов представлял собой унылую картину. Старая пятиэтажка, уже наполовину, а то и большей частью расселенная, в этот промозглый от ледяного дождя ноябрьский день выглядела мрачно. Машину мы оставили на соседней улице. К дому подходили не вместе, чтобы не привлекать внимания. Я шла под руку с Джорджем. Виктор железной хваткой удерживал за локоть лже-Олесю. Кстати, ее, как и всех остальных, узнать было непросто. Парики, которые я предусмотрительно захватила из дома, позволяли нам легко сменить имидж. Я с черными прямыми волосами, в кепке, натянутой до самых глаз, в темном спортивном костюме и в меховой жилетке из рыжей лисы была похожа на обычную студентку или секретаршу, прогуливающуюся в свой выходной с молодым человеком. Антонину я заставила упрятать роскошные светлые волосы под рыжий кудрявый парик. Одежду ее особенно менять не стала. Просто выдала ей ярко-желтый дождевик. Мужчин я пожалела, им надевать парики не пришлось. Но утреннюю одежду они сменили на спортивные костюмы, а на головы надели кепки.

Смысл такого нехитрого перевоплощения был прост. На случай, если Петр посмотрит в окно, он не должен был никого узнать. Так как в подъезд мы прошли очень быстро, я надеялась, что заподозрить неладное и сбежать парень не успел. Квартира сорок три располагалась во втором подъезде на четвертом этаже. Я понимала, что для внезапности лучше всего просто вышибить дверь и ворваться внутрь, но посчитала нужным перестраховаться. Вдруг наша помощница соврала.

Короткая трель звонка была хорошо слышна. Открывать никто не спешил. Примерно такого развития сценария я и ожидала, но звать моих соратников, затаившихся на лестнице, я не спешила. Если сестра Астонова обманула, то вполне понятно, почему она назвала именно этот адрес. Дом частично заброшен. В квартире никто не проживает, сидеть в засаде и ожидать Петра мы можем очень долго. Был еще один вариант. О нашем визите брат и сестра условились заранее, и сейчас не мы, а он нас поджидал. От этой не лишенной логики мысли я пришла в некоторое беспокойство. Рассматривая эту версию с другой стороны, я понимала, что, даже если заговор существует, его смысл утрачен из-за устроенной нами инсценировки убийства Антонины. Петр, по моим представлениям, сейчас должен был быть одержим жаждой мести вкупе с намерением во что бы то ни стало выполнить заказ.

Мой подопечный был на лестнице, я не видела его в данную минуту, а это означало вероятную для него угрозу. Перестав терзать звонок, я кинулась к коридору. И, как оказалось, сделала это вовремя.

Лампочки, разумеется, на лестнице не было. Для того чтобы привыкнуть к темноте, моему зрению требовалось несколько секунд. Я понимала, что даже этот короткий промежуток может оказаться критичным.

– Джордж! – позвала я.

– Я тут! – откликнулся мой клиент, который находился на ступеньках, ведущих наверх. Виктору с Антониной я велела затаиться на нижнем пролете. Их окликнуть я не успела, так как мне послышался какой-то странный шорох именно там, где я оставила Бруклина.

Я кинулась к нему. Ухватила за руку и почувствовала, как с другой стороны его что-то удерживает.