Читаем ЖД полностью

Они вышли из вагона. Было темно, пахло гарью, росой и тринитротолуолом. Далеко впереди насыпь была разворочена взрывом. Около паровоза стоял рослый малый, тоже в ватнике, но без шутовской повязки, и втолковывал что-то машинисту. Пищала птичка. Прочие партизаны покуривали поодаль. Пассажиры предполагали пойти пешком. «Пиздец!» – подумал положительный персонаж, представив последствия. Потом плюнул. «Пошли», – приказал потешный партизан, показывая перстом прямо.

2

Искры костра взлетали в сырое небо, чертя огненные зигзаги. Вокруг костра располагалась боевая организация «Революционная альтернатива». Воронов с Громовым на правах почетных гостей допивали двойные порции рома. Было три часа ночи. Высокая темноволосая девушка длинными пальцами перебирала струны обшарпанной гитары, явно побывавшей во многих походах еще в бардовские времена.

– А я вас читал, если вы тот Громов, – неожиданно сказал командир отряда Черепанов, высокий, носатый и непримиримый. Ему было лет пятьдесят. Он был из тех гуру, учителей-новаторов, сектантов-подпольщиков, что заражают детей поголовной ненавистью к миру взрослых и в конце концов уводят в леса. Начинается все с театра-студии или кормления бездомных собак, а кончается растлением или волной самоубийств. – У вас что-то было про первую любовь. Та-та-та первая любовь. Очень музыкально, только с надрывом. Я тогда подумал, что этот автор точно долго не выдержит, обязательно бросит. Вы до каких лет писали?

– Я не помню сейчас, – сказал Громов. – Это все глупости.

– Почему – глупости? У нас тоже свои поэты. Вот, Ваня. Вань, прочти.

– Да ладно, – буркнул Ваня.

– Да прочти! Не каждый день поэт в гостях.

Ваня прочел что-то о том, что он всегда будет против. Стихи были резкие и бутафорские, будто автор опасной бритвой резал куклу.

– Ну как? – гордо спросил командир.

– Не знаю, – сказал Громов. – Я ничего теперь не понимаю в этом. Наверное, хорошо.

Черепанов был разочарован, а Ваня, кажется, подмигнул.

– Я другое хочу понять, – продолжал Громов. – Почему надо взрывать пути?

– А вы не знаете? – недоуменно спросил Черепанов. – Вы же федерал…

– Не только федералы ездят. У нас весь вагон был – простые люди, кто-то ехал с похорон, кто-то к отцу в другой город… Если бы вы эшелоны взрывали, я бы понял. Но это ведь совершенно штатский вагон.

– Так мы вагон и не трогаем. Мы пути взрываем.

– А смысл?

– Вы правда не знаете? – спросил Черепанов. Он даже обратился к Воронову: – Что, серьезно не в курсе?

– Глупости это все, – сказал Воронов. – Это ты, Че, придумал, а ребятам вкручиваешь. Я тебе когда еще говорил.

– Испортили они тебя в армии, – разозлился Черепанов. – Тупой ты стал, как все они, извините, конечно, поэт… Вы про ЖД слышали?

– Я с ними воюю, – ровно сказал Громов.

– Да не про тех, господи! Я говорю про железнодорожный проект.

– Какой именно?

– Видите ли, – начал Че, – это все общие места. Я этой историей давно занимаюсь. Я по первому образованию железнодорожник, окончил московский институт инженеров транспорта – знаете такой?

– Я там работал недалеко… на первой работе, – кивнул Громов.

– Нам там не говорили, конечно, ничего. Я просто сам додумался: зачем было строить весь этот БАМ и массу других магистралей, еще при позднем совке? Почему они сейчас с такой силой тянут ветку по Дальнему Востоку? Там же одни китайцы давно, только администрация наша, и то не везде. И вдоль Ледовитого океана зачем железная дорога – особенно сейчас, когда только шоссе бы и строить, потому что нефти залейся?

– Да, может, там нельзя шоссе, – не очень уверенно сказал Воронов. – Там же мерзлота. Там только рельсы, рельсы, шпалы, шпалы…

– Да? А столкновение на КВЖД из-за чего было? – без всякой связи продолжал Че. – А почему в войну поезда под откос пускали? Что, немцы столько вывозили всего? Да они взрывали иногда в таких местах, где никакие немцы не ездили. А мужики во всех деревнях почему по лесам прячутся?

– От армии бегут, – объяснил Громов. – От мобилизации.

– Вы хоть видели, что они делают в этих лесах? А я видел! Они все строят железную дорогу! Здесь вообще никто ничего другого не делал. Вся промышленность работала только на железнодорожный транспорт. Вы посмотрите, сколько инженеров-железнодорожников один наш вуз готовил. Столько ни одной стране не надо! Нигде столько не было!

– И зачем эта железная дорога? – терпеливо спросил Громов.

– По кругу, – полушепотом сказал Черепанов. Стало очень тихо. Слышался только треск костра. Даже темноволосая скво, смуглая в красноватых отсветах, перестала щипать гитарные струны. – Они придумали железную дорогу вокруг всей страны!

– Зачем?! – не понял Громов.

– А, ну конечно. Вы же не инженер… Понимаете, они хотят пустить поезд. Это давно, с самого начала. Этот план восходит к последним годам царствования Николая Первого.