Читаем Жажда полностью

Внезапно его охватил приступ еще более дикого веселья. Он чуть наклонился вперед и засмеялся странным лающим смехом - смехом человека, одержимого навязчивой идеей. Тем временем жажда все больше давала о себе знать. Прошло около пяти минут, пока Рудин наконец успокоился и затих. Он осознавал, что необходимо как можно спокойнее оценивать ситуацию. Но для начала неплохо было бы попить. Тут взгляд Андрея Евгеньевича переместился на женское тело, с которого упало покрывало. Рудин внимательно пригляделся. На груди этой молодой женщины была рана - небольшое, покрытое корочкой запекшейся крови, отверстие. А лицо ее показалось Рудину смутно знакомым. "Это она, - вдруг понял мужчина, - Моя таинственная незнакомка... Но что с ней случилось?" Следом появилась страшная мысль: "Не я ли, часом, ее убил по пьяной лавочке?" Эту идею Рудин, однако, моментально отверг. Не такой он был человек, чтобы замочить кого-нибудь, пусть даже и по пьяному делу. "Господи, она же совсем молоденькая, - подумал Андрей Евгеньевич, почувствовав прилив необъяснимой жалости и нежности вперемешку, - И какая красивая".

Дальше Рудин сделал то, до чего никогда бы не додумался при обычных обстоятельствах. Он подошел к женщине вплотную, наклонился и поцеловал дрожащими губами ее холодную шею. Потом провел по ней языком. "Я рехнулся", прошептал мужчина, но избавиться от ощущения острого наслаждения, которое принес ему поцелуй, не мог. Хотелось чего-то еще. Не секса, конечно, с трупом - подобная мысль казалась мерзкой.

Чего-то другого... Андрей Евгеньевич стремительно покинул помещение.

***

Рудин очень хотел выйти на улицу. Но перспектива разгуливать в голом виде особенно не прельщала. Поэтому он поставил перед собой две цели: найти людей, которые могли бы ему помочь с одеждой (мысль вернуть его собственную одежду, а заодно и документы, была уже похоронена) и достать обычной воды, чтобы утолить жажду. Людей в здании не было. Единственным живым существом оказался охранник, сидевший рядом с выходом. Бедняга, он остолбенел при виде Андрея Евгеньевича и сумел только выдавить: "Вы кто?" Рудин спокойно ответил: "Труп". После чего принялся наблюдать за тем, как охранник, истошно завопив, попытался выскочить на свежий воздух. Правда, спокойствие Андрея Евгеньевича оказалось обманчивым, ведь он прекрасно знал, что ему нужно на этот раз. Рудин стремительно бросился вперед и схватил бедолагу-охранника за рукав рубашки. Последний завизжал еще сильнее, прикладывая недюжинные усилия, чтобы вырваться, но Андрей Евгеньевич наотмашь ударил его по лицу. Представитель охраны затих. Рудин сильно встряхнул его, не давая хлопнуться в обморок, и отчетливо спросил: "Вы будете не против, если я позаимствую вашу одежду?" Охранник отчаянно замотал головой. "Тогда раздевайтесь", - нежно улыбнувшись, приказал Рудин. А уже через десять минут он покинул территорию морга и, переполненный чувством собственного достоинства, зашагал по улице. Путь его лежал в сторону любого близлежащего магазина, где можно было купить хоть какую-нибудь жидкость, годную в употребление. "Коротковата одежонка, размышлял Андрей Евгеньевич по дороге, Хотя лучше такая, чем вообще никакой. Не голым же ходить..."

Свои действия он рационально объяснить не мог. Мысль напасть на охранника с целью завладеть его одеждой, а заодно и деньгами, появилась спонтанно. Также спонтанно он осуществлял само нападение, удивляясь тому, откуда в нем нашлась эта нечеловеческая сила. Жажда ведь победила все: и страх, и жалость, и сомнения. "Молодец", - услышал вдруг Рудин голос у себя в голове. Андрей Евгеньевич резко остановился.

Шедший сзади человек чуть было не налетел на него. "Смотри, чего делаешь!" - зло проговорил прохожий и, обогнув Рудина, продолжил свой путь. "Люди жалкие твари, и ты это знаешь, - послышалась вторая реплика изнутри, Посмотри на этого клопа..." Рудин ошарашено произнес: "Клоп". Прохожий замедлил шаг.

"Кто клоп?" - спросил он с явной угрозой. Андрей Евгеньевич ответил: "Вы клоп, - и прибавил, будто оправдываясь, - Мне только что сказали". Человек обернулся, взглянув на Рудина недобрым взглядом. Затем поинтересовался: "Тебя в детстве, случайно, кувалдой по башке не били?.. Если нет, то я сейчас это исправлю".

Андрей Евгеньевич возразил: "Не исправите... Не успеете". Прохожий, кажется, разозлился еще сильнее, но активных действий все равно не предпринимал и ограничился лишь словами: "Ты - чокнутый! Пошел отсюда, придурок!" Рудин действительно выглядел, как человек, страдающий тяжелейшей формой слабоумия. Он совершенно невменяемым взглядом смотрел вокруг себя и периодически склонял голову набок, будто прислушиваясь к чему-то, что было известно ему одному. Поэтому случайный прохожий никак не ожидал от него стремительного броска вперед. И только почувствовав у себя на горле пальцы, которые с нарастающей силой сжимались, понял свою ошибку...