— Тебе, конечно, известно, что всеми нами уважаемый сержант Ойбор явно увяз, похоже, увяз безнадежно в расследовании обстоятельств гибели инженера-нефтяника и нашего рядового из отряда охраны дипломатов. Полагаясь на твою неболтливость, признаюсь, что во имя чести и престижа нашего управления я, уже можно сказать, успешно завершаю параллельную, негласную работу по раскрытию этого преступления. Негласно, чтобы не обидеть заслуженного ветерана. Ты понял?

— Так точно.

— Интересы правопорядка дороже всяких психологических нюансов.

— Так точно.

— Вот я и хочу просить тебя о содействии. Внеси посильный вклад в святое дело поимки преступника. Доставь сюда малолетнего свидетеля для дачи показаний. Только аккуратно, тайно, чтобы, повторяю, не задеть самолюбие нашего старика. Вот адрес. Ясно? Никому ни звука.

— Так точно.

— Исполняй.

— Слушаюсь.

Не прошло и часа, как посыльный вернулся в управление из городской окраины, постучался в кабинет начальника, вошел и доложил:

— Мальчишки на месте не оказалось, гражданин капитан. Судя по свидетельству его дворовых дружков, он вообще не появлялся дома уже несколько суток. Одни утверждают, что суток трое, другие — не меньше пяти. Его мамаша спокойна, но наотрез отказалась что-либо сообщить. Поскольку относительно мамаши не было никаких указаний, я незамедлительно отбыл к вам, гражданин капитан, чтобы доложить, что мальчишки на месте не оказа…

— Я понял! Благодарю.

— Рад стараться.

— Ай да Киматаре Ойбор! Упрятал! Молодец наш сержант! — воскликнул Даги Нгоро с восхищением. — Учитесь, учитесь у ветерана, как надо работать! Вот вам проверка действий сержанта! Он выше всяких похвал!

— Так точно!

— Кто-нибудь видел, куда ты ходил?

— Никак нет.

— Смотри, братец, не распространяйся, как мы проконтролировали старика. Этот эксперимент — наша с тобой тайна.

— Так точно.

— Еще раз благодарю. Ступай.

— Слушаюсь.

35

В кабинете особняка северного пригорода кенийской столицы зазвонил телефон. Соваж быстро снял трубку.

— Алло! Момбаса? Слушаю!

— Да, шеф, это я. Белый, о котором вы говорили, из вагона не вышел. Его вообще не оказалось в поезде из Найроби. Не появился он и в порту. "Каролина" действительно уплыла в Южную Африку, в Дурбан, но без него. В списках пассажиров Ли Джоунс Килдаллен не значится.

— Это точно?

— Да.

— В поезде по пути никаких происшествий?

— Никаких, проверено.

— И с "Каролиной" все точно?

— Да.

— Ладно. Спасибо. Возвращайся.

Элу Броуди, вилла "Гюзель", район Пина, т. и. 661. Измир, Турецкая Республика.

Дорогой мистер Броуди! Радушно принял вашего друга уважаемого мистера Ли Джоунса Килдаллена и выполнил вашу просьбу с готовностью и впредь быть вам полезным. Подтверждаю свою готовность также обсудить условия дополнительных поставок вашему торговому предприятию в этом году. Желаю вам всяческих успехов. Искренне ваш М. Соваж. Имение "Соваж", Север, 23, Найроби, Кения".

Мануэлю Соважу, имение "Соваж", Север, 23, Найроби, Кения.

Настоящим извещаем, виллы "Гюзель" в районе Пина не существует, указанному адресату вручить телеграмму не представилось возможным. Начальник районной почты Мустафа Вейсал. Пина, Измир, Турецкая Республика".

Элу Броуди, отель "Этап", 107, Измир, Турецкая Республика.

Дорогой мистер Броуди! Радушно принял вашего друга Ли Джоунса Килдаллена. Всегда готов быть вам полезным. Интересуюсь переговорами о дополнительных поставках нашего товара в этом году. Желаю успехов. Искренне ваш М. Соваж.

Имение "Соваж", Север, 23, Найроби, Кения".