Все знакомые и великосветские приятели Саши Николаича, как водится, тут же отвернулись от него.

Оставшись совершенно одиноким, Николаев не очень-то унывал и стал искать себе средства к жизни работой. Но места ему не находилось.

И тут судьба столкнула его с одним из членов общества восстановления прав обездоленных, назвавшим себя Агапитом Аврамовичем Крыжицким. Таинственное общество, по-видимому, было заинтересовано Сашей Николаичем, следило за ним и было уже осведомлено о перемене обстоятельств молодого человека, потому что Крыжицкий сам обратился к Саше Николаичу с предложением ему денег за «некоторые услуги». Николаеву показалась весьма двусмысленной и подозрительной подобная формулировка этого предложения, и он с гордостью отверг его.

Между тем время шло. Саша Николаич успел позабыть своих коварных друзей, среди которых особенно больно обидел его самолюбие его вроде бы лучший друг граф Сергей Савищев, резко прекративший с ним знакомство тотчас же после того, как Саша Николаич сообщил ему о печальном факте своего банкротства. Николаев уже стал привыкать к обстановке, в которую забросила его судьба, и к людям, с которыми она его столкнула, когда случилось обстоятельство, сильно отразившееся на его судьбе.

Саша Николаич полюбил. В убогом доме чиновника Беспалова он встретил девушку, с первой же встречи покорившую его сердце. Это была Мария Беспалова, дочь квартирохозяина Саши Николаича, то есть, вернее, его воспитанница, так как Беспалов только выдавал ее за свою дочь.

Маня Беспалова весьма благожелательно отвечала на чувство Саши Николаича и сперва поощряла молодого человека, но, когда он сознался, что у него почти нет никаких средств к жизни, резко изменилась и стала сторониться его. Тогда Саша Николаич решил обратиться к Крыжицкому, тем более что его натолкнула на эту мысль сама Маня Беспалова, боготворимая им.

Николаев отправился к Крыжицкому, и этот визит закончился тем, что он выдал на имя Андрея Львовича Сулимы расписку, согласно которой он обязывался предоставить последнему «половину принадлежащего ему наследства…» Саша Николаич в то время не помышлял ни о каком наследстве, и ему, конечно, ничего не стоило выдать подобную расписку на чье бы то ни было имя; он даже не особенно настаивал на выяснении того, кто был этот Андрей Львович Сулима и удовольствовался одним лишь довольно туманным намеком на то, что таким путем он в будущем обеспечивал себе богатое наследство.

Андрей же Львович Сулима был «Белым» петербургского отдела общества «Восстановления прав обездоленных», то есть председателем его.

10. Мнимая графиня Савищева

Охотясь на будущее наследство Саши Николаича, члены Общества восстановления прав обездоленных наткнулись и еще на одно наследство, которое могло быть спорным и обратившее на себя их жадные взоры. То было наследство графа Савищева. Последний обладал огромным состоянием, которое он нажил не совсем честным путем и оставил своим законным наследникам – своей жене Анне Петровне и сыну – Сергею Савищеву, приятелю Саши Николаича. Кроме них, у покойного графа Савищева других родственников не оставалось.

Младший брат покойного графа Савищева запутался в долгах и, желая их поправить, выдал туркам важные государственные документы. Он был обвинен в государственный измене, а затем, будучи лишенным чинов и орденов, был сослан и исчез без вести.

Его жена, потрясенная столь тяжелым несчастьем, преждевременно разрешилась от бремени девочкой и умерла при родах. Таким образом, новорожденная дочь графа Савищева-младшего с первого дня своего появления на свет оказалась круглой сиротой. Ее дядя, граф Савищев-старший и слышать не хотел о дочери своего опозоренного брата, и девочку отдали в воспитательный дом, где она и затерялась среди тысячи таких же обездоленных, зачастую записанных под одним и тем же именем. Точно так же под именем Марии была записана дочь графа Савищева-младшего. Все это было известно членам общества, и они задумали оттягать у настоящих и неоспоримых наследников графа Савищева-старшего в пользу его племянницы, заменив ее подставным лицом.

Вскоре нашлось также и лицо такое. Крыжицкий, выслеживая Сашу Николаича, познакомился с его окружением и, узнав, что Беспалов взял свою воспитанницу Маню из воспитательного дома, сопоставил ее лета с датой смерти Савищевой-младшей и сразу же решил, что эта девушка вполне может пригодиться для выполнения их преступного плана, тем более что она и крещена была тем же именем, как и несчастная дочь Савищева-младшего. Привлечь Маню Беспалову к содействию этим замыслам обществу восстановления прав обездоленных было совсем нетрудно, так как она была девушка довольно легкомысленная и во что бы то ни стало стремилась выбиться из полной нищеты и зажить в роскоши и довольстве. Гораздо труднее было устранить от владения имуществом графа Савищева его законных наследников.