Читаем Жаклин Кеннеди полностью

Первый официальный выход в свет Жаклин Бувье состоялся 16 августа 1947 года в ньюпортском клубе Клембейк. На балу девушка появилась в белом платье с традиционной ниткой жемчуга на шее. Четырнадцатилетняя Ли, решив затмить старшую сестру, появилась там в расшитом стразами розовом платье без бретелей. Но ее старания были тщетны: внимание всего зала приковала к себе Джеки. Популярный нью-йоркский светский обозреватель Игорь Кассини, известный под псевдонимом Чолли Никербокер, назвал ее «дебютанткой года» и «королевой бала». В своей колонке он описал ее как «царственную брюнетку с классическими чертами лица и точеной, словно дрезденский фарфор, фигуркой. Она держала себя с достоинством, как и положено дебютантке». Отдал он должное и ее серьезности и уму. Такая похвала вмиг поставила Джеки на уровень голливудской звезды. Наутро она проснулась знаменитостью и до отъезда в колледж блистала на светских балах и вечеринках.

В Вассаре Джеки поначалу наслаждалась свободой после гораздо более строгой дисциплины Фармингтона. Однако вскоре ей и здесь стало неуютно. После пьянящей атмосферы насыщенной светской жизни Вассар, расположенный в сельской местности, ей прискучил. Она даже говорила о нем как об «этом проклятом Вассаре». Впрочем, это не помешало ей отлично учиться. Джеки с удовольствием изучала литературу и особенно любила шекспировский семинар, слушала лекции по кинематографии и истории искусств, посещала театральную студию, участвовала в создании газеты и, разумеется, ездила верхом.

В зимний сезон Джеки и Ли снова блистали в высшем свете Нью-Йорка. Их приятельница Памела Харлек вспоминала: «Нас всех удивляло, как эти две девчонки покоряют мужчин. Именно покоряют, берут в плен. Подсядут к какому-нибудь парню по обе стороны и восторженно смотрят ему в глаза, а бедняга думает: выходит, я очень даже не промах, если нравлюсь двум таким красоткам…»

Один из ухажеров Ли в те годы, Джордж Плимптон, вспоминал: «во время разговора с Джеки возникало совершенно особенное чувство, она как бы обволакивала тебя, редкое умение для столь юной девушки. Она смотрела на тебя, окружая взглядом со всех сторон, никогда не глядела тебе через плечо, мол, кто там следующий. Это запомнилось мне с самого первого разговора с нею». При этом в Вассаре Жаклин Бувье считали сдержанной и весьма замкнутой девушкой. Оживлялась она лишь в том случае, если беседа касалась животных или истории искусств. На эти темы она могла говорить часами.

По окончании первого курса Джеки отправляется в свое первое путешествие по Европе. Старый Свет покорил ее с первого взгляда. В течение семи недель она моталась с экскурсиями по Лондону и Парижу, Провансу и Ривьере, Швейцарии и Италии. Возвратившись в США, Жаклин бредила Европой, особенно Парижем, и жила мечтой сбежать из Вассара. И тут она узнаёт, что колледж Смит, самый крупный из семи старейших и наиболее престижных женских колледжей на Восточном побережье США, объявил о программе обучения за границей, а именно – в желанной для нее Франции. Воодушевленная такой возможностью, Жаклин через влиятельных родственников заручилась поддержкой профессуры колледжа Смит, и ее кандидатура, как одной из лучших учениц, была безоговорочно утверждена. Теперь ей предстояло хорошо закончить учебный год, приятно провести каникулы в привычном уже кругу американской аристократии с поклонниками из университетов Йеля и Принстона, навестить отца (дед Бувье скончался годом ранее) и к октябрю улететь во Францию.

«Я благодарна судьбе, маме и Хью Ачинклоссу за возможность проучиться в Париже хотя бы год, – описывает она этот счастливый случай. – Не только французская литература, но сама жизнь в Европе и общение вне жестких рамок элитного колледжа со студентами со всего мира тоже элитного, но все же университета Парижа очень помогли мне. Знания можно получить, сидя с книгой в руках в уголке в одиночестве. Общаться так никогда не научишься».

Учебный 1949/1950 год Джеки провела во Франции, сначала обучаясь на языковых курсах в университете Гренобля, а затем в парижской Сорбонне. В этом легендарном храме наук она усердно изучала французскую литературу и культуру. Позже Джеки написала о своем французском периоде: «Этот период мне нравился больше, чем любой другой год в моей жизни. Пребывание вдали от дома дало возможность взглянуть на себя со стороны. Я научилась не стыдиться настоящей жажды знаний, которую я всегда пыталась скрыть, и вернулась домой с радостью, чтобы начать все сначала, но с любовью к Европе, которая, боюсь, никогда меня не покинет».

На рождественские каникулы Жаклин отправилась в путешествие по Англии, Австрии и Германии. При этом в Вене ее чуть не арестовали советские солдаты за то, что она сфотографировала их казарму. Но наибольшее впечатление на нее произвел концлагерь Дахау. Потом даже от рассказов об этом посещении ее подруги приходили в ужас…