Читаем Зет|Пустошь (СИ) полностью

— Да, Ваше величество. Пришло время народу вновь узреть вашу силу и неприкосновенную власть! Используйте ваши мечи, мой император! Отправьте все десять, чтобы от мятежников не осталось и следа!! — сказал маркиз, и злой оскал перекосил его лицо.

— Не считаешь ли ты, маркиз, что это, наоборот, плохо скажется на нашем авторитете?

— Отнюдь, Ваше величество, как известно, страх — лучшее средство для управления народом!

* * *

Страх — вот лучшее средство для управления людьми. По истине варварский и преступающий все морали метод, но это было лучшим решением в моей ситуации. Я не питал иллюзий на счет своих навыков командования войсками, потому и выбрал сей подход. Осталось лишь проверить, как он будет работать на практике.

Шесть тысяч солдат передо мной смиренно сидели в ожидании нового приказа, а я даже не ожидал, что всё выйдет так просто. Быть может, Дух Маны и это предусмотрел?

— Командир Зет! Позвольте высказать мнение большинства солдат. Мы всецело доверяем госпоже герцогине и уважаем её за деяния, о которых всем прекрасно известно. Мы также постараемся уважать и вас, так как вы человек герцогини. Однако наше к вас доверие… скажем так, шатко. Всё-таки его нужно заслужить! — один из многочисленных капитанов отрядов поднялся и сказал, я сразу опознал его положение по отличающемуся обмундированию.

— Простой воин, а складно стелешь. Ты чьих будешь, солдат?

— Я сотник, командир, с земель графа Бранда!

— Графских значит… О «деяниях» моих мало известно, а раскрывать их я желания не имею. Скажи прямо, солдат. Считаешь, вашей армии нужен умелый командир? Считаешь, с ним у вас будет шанс уничтожить имперских солдат? — задал я вопрос, а по рядам прошла дрожь.

— Никак нет, командир! Однако с хорошей тактикой и расчетом мы могли бы…

— Ни хера вы не могли бы. Такую разницу в силе тактиками не покроешь, а даже если бы и получилось, что собираешься делать с личным отрядом императора? Всего десять человек могут положить и вас, и их вместе взятых. Собираешься окопы рыть и партизанские войны устроить, а, солдат?

Страх — это лучшее оружие. Все пугаются одинаково, ощущения у всех едины. Дрожь, мысли путаются, мерзкое чувство внутри и самое главное — мороз по коже. Я уже давно понял, что магии температуры нет верхнего, но есть нижний предел. Для действительно сильных противников слабый холод — не помеха. А вот для таких ребят — в самый раз.

Морозная волна, не видимая глазу, пронеслась по бесчисленным рядам бравых и не очень рыцарей. С моей нынешней силой я мог бы обратить в лед хоть целый замок, но цель была не убийство, а чувство страха.

Внимание каждого оказалось приковано ко мне. Безжизненный голос вместе с ощущением смертельно опасного мороза заставило солдат корчиться, дрожать и сглатывать. Медленной поступью я приблизился к капитану.

— Чего молчишь, солдат? Вам нужен не командир, он не принесет вам победы. Вам нужен монстр, как я, который может лишить каждого из вас жизни за мгновение. — тихо проговорил я, и по щелчку пальцев шесть тысяч кривых металлических пик молниеносно приблизились к шеям каждого, оставив крохотные порезы.

— До тебя дошло, солдат? — спросил я на последок, заглянув ему прямо в глаза.

— Т-т-так т-точно, командир… — смог лишь промямлить он.

Махнув рукой, я развеял и хлад, и копья, а воины смогли выдохнуть, чуток расслабившись. Думаю, теперь они не смогут ослушаться приказа и будут, как им и положено, выполнять роль яркой приманки для имперских ублюдков.

Ход был рискованный, но мне повезло — я смог сдержаться. Настроение в последние дни хуже некуда. Постоянная головная боль и противный шум, что преследует меня вот уже столько лет, дают о себе знать, и контролировать себя становится всё сложнее. Но осталось потерпеть еще совсем чуть-чуть. Еще немного и я наконец получу этот проклятый дар. Еще немного и я смогу своими руками прикончить ту мерзкую тварь. Еще немного и я наконец смогу…

* * *

Горничная Повелительницы Страны Вод, Ларика. Она мало, что помнила о своём детстве — лишь обрывки, расплывчатые картинки, кусочки чего-то, что никак не могли собраться в единое целое. Но в каждом из её давних воспоминаний была «она».

Её сестра-близнец, в отличие от застенчивой и нелюдимой Ларики она была лучиком света, всё говорило об этом — её жизнерадостный характер, её светлые волосы, её искрящийся добротой голосок. Сёстры всегда дополняли друг друга: наивную и добродушную сестру всегда прикрывала более расчетливая Ларика, а хмурую её всегда прикрывала сестра.

«Ах, мне боле в жизни ничего не надо кроме неё!», — так она думала с самого рождения и продолжает думать до сих пор.

«Будь проклята Империя, что забрала её у меня!!!», — продолжала думать Ларика с того самого дня, как их разлучили.