Читаем Зеркало Души полностью

— Это перевербовка, — сообщила она, — По крайней мере, моей персоны.

— Оу, — поднял брови младший фон Рейлис, — Это уже серьёзно.

— По идее, за тебя должны будут взяться уже после меня. Однако, думаю, здесь не дураки сидят, и они поймут, что у них ничего не выходит, даже если я буду умело притворяться.

— Хех, ты совершаешь ошибку, о которой нам только что рассказывал герр Финелла. Нужно точно знать меру глупости противника!

— Балда! — Елена дала брату подзатыльник, — Я просто предусматриваю вариант твоей предварительной перевербовки, в котором уже твоя персона будет воздействовать на меня.

Это становилось интересным. Кажется, тот его коварный план, который разгадала Елена… Несколько отличался от того, который был на самом деле.

— Хорошо, хорошо! — ответил Воланд, совершая увещевающие жесты руками, — Продолжу строить из себя идиота в отпуске. Думаю, у меня это достаточно успешно получалось. Кажется, я сумел подобраться достаточно близко к Норме.

Норма О'Доэрти (проект 'плазмаган', над которым она работала вместе с Воландом) была президентом студенческого совета. Как таковая, она имела доступ к информации наравне с младшим преподавательским составом, таким, как Мария или 'одаренные девушки' Рейко.

— Ты думаешь, а О'Доэрти пока ничего полезного тебе и не сообщила, — фыркнула Елена, — Скорее уж, эта пташка сама тебя перевербует. Будь с ней вдвойне осторожен.

На этом разговор окончился. Итак, они не сказали больше о том, что они поняли в его плане, зато упомянули кусочек своего. Все интереснее и интереснее… Чезаре дождался, пока они отойдут из зоны видимости, и проявился. Смысла их плана он пока не понимал, но все же набил сообщение Нарьяне: скорее всего, приказ будет 'ждать и наблюдать', но, по крайней мере, он об этом сообщил. Что же до его плана… После слов Елены он усомнился, что она разгадала его, хоть конечную цель она и поняла верно. А даже если и разгадала — при всем своем самоконтроле Елена все же не дошла до того, чтобы суметь сознательно заставить себя возненавидеть тринадцатилетнюю девочку с искалеченной судьбой. А ненависть — единственный надежный щит против его удара.

Усмехнувшись своим мыслям, Чезаре теперь уже действительно направился в сторону спортзала.

Выйдя в коридор, Тадеуш обнаружил, что за окнами было уже темно.

— О, Сикора, можно тебя на минуточку?

Он сразу понял, кто перед ним: уж Нарьяну-то знали все. Хотя он представлял ее… выше. И, пожалуй, старше: если бы он не знал, принял бы эту девушку с осенне-рыжими волосами за одну из студенток. Легкомысленная кофточка, короткая юбка и шоколадная соломка во рту также не способствовали образу директора самого престижного в мире учебного заведения.

— Пани Нарьяна, полагаю? Я могу быть чем-либо вам полезен? — спросил Сикора, почесав затылок. Почему-то он сомневался, что причина их встречи ему понравится.

— Знаешь, мне сегодня звонили из полиции. Я имею в виду твою. Родную. Польскую.

Она пошуршала пакетиком с шоколадной соломкой и жестом предложила Тадеушу угощаться.

— Мне собирать вещи? — вздохнул поляк, принимая предложенное угощение.

— Я потратила слишком много усилий, чтобы отстоять тебя, — ответила девушка, — Однако, они согласились на мои условия только в том случае, если ты будешь носить, не снимая, вот эту милую побрякушку.

Он пихнула весь пакетик в руки Сикоре и извлекла из своего рюкзачка тяжёлый металлический ошейник.

— Он со взрывчаткой, которая детонирует, если ты уйдёшь от школы более чем на десять километров… Или если я этого захочу. Кроме того, по нему мы всегда сможем определить, где ты находишься. Если тебя смущают полкило взрывчатки на шее… Тогда да, тебе нужно собирать вещи.

Тадеуш взял ошейник и с сомнением посмотрел на него, после чего грустно выдохнул:

— Вы так уверены, что это… поможет с проблемой, пани Нарьяна?

— Да, конечно, — беззаботно махнула она рукой, — Если ты будешь в ошейнике, полиция от тебя отстанет.

Очевидно, она считала 'проблемой' не то, что он.

— Ясно, — вздох Сикоры вышел даже несколько разочарованным, — Его от воды не переклинит? А то жертвовать жизнью ради личной гигиены, знаете ли…

— Не боись, не переклинит, — ответила директор, — Вообще, ты о нём уже через неделю забудешь.

— Вы ведь и так знаете, что я уже принял решение по вашему предложению, — хмыкнул поляк, глядя на директора.

— Тогда надевай его, — пожала она плечами, — В конце концов, я же не могу им просто соврать. Это не по-людски.

— Да, пожалуй, — сказал Тадеуш, закрепляя ошейник на шее, — Дякуем пекна за ваше беспокойство обо мне, пани Нарьяна.

— Ничего страшного, — улыбнулась директор, — Я меня всё. Какие-нибудь вопросы?

— Да, — кивнул поляк, — Что-нибудь стало известно об… этом клыкастом? А то он мне тут уже успел обеспечить репутацию…

— Ага, — кивнула Нарьяна, — Когда поймаем, отдадим Рейко на исследования. А если поймаем двух, отдадим второго Франческе. Они уже готовы передраться друг с другом за образец.