Читаем Зеркало Души полностью

— Я была права, герр Финелла? — без лишних экивоков спросила Елена.

— Да, — ответил кардинал, — Это действительно был Робин. Спасибо.

Слова прозвучали вполне искренне и довольно доброжелательно. Во-первых, потому что эту помощь он в действительности оценил. Во-вторых, потому что он был не в настроении издеваться над ней.

— Ответьте мне на вопрос, виконтесса, — Чезаре с любопытством склонил голову набок, — Почему вы это сделали?

— А почему нет, герр Финелла? — пожала она плечами, — Это борьба видов. Мне неинтересна идея стать второсортным существом, а лучшего мне сигмафин предложить и не может.

— Тем не менее, он был союзником вашего брата.

— Не он. Его носитель, герр Финелла, — ответила виконтесса, чуть покачав головой.

— Он тоже, — покачал головой Чезаре, — Хоть ваш брат и называл его чудовищем, тем не менее, они вместе исполняли план Неуловимой Джейд.

— Это был обман. Япония ведь тоже исполняла планы Гитлера, но это не мешало фюреру планировать уничтожить её по окончании войны, — ответила девушка, — Джейд не была человеком.

— Это что-то меняет? — поинтересовался преподаватель, — Истина в том, что Робин занимался ровно тем же самым, что и его носитель. Изменилась сущность, поступки остались прежними. Так в чем же разница?

— В том, что первого носителя обманули, а второй действовал вполне осознано, герр Финелла, — Елена, казалось, была вовсе непробиваема, — Как и мой брат, он был обманут.

— Обманут в сущности Джейд, — парировал Чезаре, — Но не в сущности ее планов.

— Он видел чудотворицу, обещающую величие Германии и верующим, а не её крест, стремящийся отомстить всем живым… в том числе и Германии, герр Финелла, — нахмурилась она, — Мне ли вам это объяснять?

— Неужто он не знал, как поведут себя его собственные установки? — осведомился он, — Или не видел, что творится в остальных 'углах' Звезды Венеры? Я понимаю ваше желание оправдать своего брата, но не все можно списать на обман… Даже если на секунду допустить, что обман является оправданием.

— Тогда я не вижу смысла продолжать этот разговор, герр Финелла, — сдержанно ответила Елена, — Ведь у нас уже семь минут, как начался класс, а мы до сих пор болтаем на отвлечённые темы.

— Учитывая, что больше никто до сих пор не явился, я совершенно не вижу, что мешает разговору на отвлеченные темы, — возразил Чезаре.

— Как насчёт отсутствия желания одного из собеседников продолжать разговор, герр Финелла? — предложила девушка, — На мой взгляд, причина вполне подходящая.

— Может, и так, но я хотел бы знать, чего ожидать от вас, когда вы избавитесь от этой милой вещицы, — усмехнулся Чезаре, кивнув на ошейник. Ошейник был атрибутом особо опасных студентов, обычно надеваемым по требованию властей. Он позволял отследить местонахождение носителя… И мгновенно убить его, если потребуется.

— Знаете, виконтесса, мне было бы неприятно убивать вас.

— В таком случае, герр Финелла, полагаю, вы слышали достаточно, чтобы сделать вывод касаемо моих мотивов и взглядов на сложившуюся ситуацию?

— На данный момент я сделал вывод, что в вашем восприятии главенствуют два противоположных мотива, — ответил Чезаре, — Любовь к своему брату и ненависть к тому, что он делал. Поэтому сейчас вы пытаетесь придумать причину, по которой он ни в чем не виноват. А вот что вы выберете, когда даже вы будете ясно видеть противоречие… Это меня и интересует. Для двоемыслия вы слишком умны.

От ответа, однако, ее спасла подошедшая 'кавалерия'.

— Я так понимаю, раз вы проявляете столь усиленное внимание к персоне моей сестры, фройляйн Мария теперь свободна, не так ли, герр Финелла?

Это был еще один младший брат Герхарда, Воланд. Все трое они были боевыми амагусами: Герхард был фехтовальщиком, Елена стрелком, а Воланд — боксером. Но в остальном младший радикально отличался от старших. Если аристократический стиль Герхарда и Елены отдавал чем-то чопорным и холодным, то Воланд был бунтарем. Как ни странно, с ним общаться Чезаре было в чем-то проще: как и он сам, младший Рейлис считал обмены насмешками 'на грани фола' нормальным стилем общения. Большая же часть студентов придерживалась диаметрально противоположного мнения.

— Откуда такой нелестный вывод о моих… способностях? — в том же тоне ответил Чезаре, ухмыльнувшись.

— Полагаю, теперь мы можем начать класс, герр Финелла? — нетерпеливо вмешалась Елена, обращаясь к преподавателю, — В конце концов, народ подтянулся.

— А вы считаете, что завоевать Елену проще, чем Марию? — Воланд проигнорировал попытку сестры вмешаться. Он был занят любимым делом: вёл себя, как плохой парень, — Думаю, с учётом вашей биографии, ваши шансы здесь ниже уровня местного метро.

— Говорят, что от ненависти до любви один шаг, — парировал шпион, — Особенно если речь идет о столь обаятельном парне, как я.