Он, конечно, вряд ли все это время бодрствовал, но все равно прожил долгую жизнь раз стал старейшиной великой школы. К сожалению, долгая жизнь отнюдь не гарантировала благоразумия или мудрости. Да, выживали умные и хитрые, но не обязательно мудрые, а с возрастом ситуация могла ухудшаться. Хрупкий разум вообще плохо переносил мир адептов, с точки зрения земных психиатров тут по каждому второму плакала смирительная рубашка.

И неизвестно как Зоб «хранился» все эти годы и не повредился ли умом при этом. Возможно уже хорошо, что Зоб слова правильно в предложения складывает и не убивает всех подряд — умение добиваться своего без убийства себе подобных было главным показателем разумности с точки зрения Алекса, хотя многие бы с ним поспорили…

Поняв, что пауза затягивается, он закончил фразу:

— Я только знаю, что там произошла какая-то катастрофа и что в тот момент у входа находились войска Лиги. Возможно, они были причиной разрушения. Вот их и надо спросить. У вас есть какие-то видеозаписи, мастер?

— Бездна! Какие к дьяволам, могут быть видеозаписи? — возмутился Зоб. — Столько тысячелетий прошло, никто город не обслуживал толком, а проклятая Гаммала совсем из ума выжила. Даже не смогла разбудить вовремя.

— Очень жаль, тогда мы никогда не узнаем, что там случилось, если только с Лигой не поговорим. Но они очень опасны, мастер. Они еще не пробрались в город?

— Нет!

— А вы можете закрыть вход? — с надеждой спросил Алекс.

— Конечно! — фыркнул старейшина. — Я сразу это сделал, как только услышал о твоем генерале Човале. Лишние нахлебники мне тут не нужны. Но если Лига такая сильная, то нам с ней ссориться нельзя, — обеспокоенно добавил Зоб.

Надо сказать, фраза обрадовала Алекса. Она говорила о том, что старейшина крикунов хоть и был сварливым старикашкой, но из ума не выжил и понимает, что нельзя дергать тигра за усы, а значит, с ним и по другим вопросам можно договориться. Правда, это также означало, что с Лигой придется разбираться потом, но до этого «потом» еще дожить нужно.

— У вас есть планы покинуть Флут?

— Ты задаешь слишком много вопросов старейшине младший ученик! Допрашивать меня вздумал? За кого ты себя принимаешь? Знай свое место! Я с тобой разговариваю, только благодаря уникальной ситуации, — надменно произнес Зоб, снова вернувшись в образ сварливого старика. — В другое время ты бы смог меня увидеть лишь во время крупных праздников и только издалека.

— Хм… Хорошо, мастер. Последний вопрос, скажите, что вы намерены делать с дикими мастерами? Они ведь в городе и разрушают собственность Голоса неба.

— А вот тут ты прав, ученик. С этими варварами нужно что-то решать и быстро. К сожалению, вы так сильно деградировали, что почти бесполезны. Поэтому мы выберем лучших, а остальных уничтожим.

— Что?! Как уничтожим?! — от возмущения Алекс даже вскочил.

Он собирался предложить совсем другое, например, помочь диким выбраться из окруженного дворца, а заодно и самому слинять подальше. Но похоже его вывод, что Зоб не растерял остатки разума за тридцать тысяч лет, оказался несколько преждевременным…

Глава 4: Уговоры

— Они нужны нам для эссенции, — равнодушно заметил старейшина.

— Эссенции? — не понял Алекс. — Вы хотите развить свое ядро?

— Разумеется нет, — рассмеялся Зоб и горделиво добавил. — С моим развитием все в порядке. У меня отрыто девять врат! Поэтому я и дожил до этого времени и смог проснуться… Эссенция нужна, для стабилизации моего ядра, чтобы оно не разрушилось. Или ты считаешь, что это просто быстро восстановиться после стольких тысяч лет сна и проводить через себя энергию? Да я очнулся только потому, что в городе погибло достаточно адептов, а Гаммала собрала их эссенцию. И все равно, в начале я чувствовал себя как младенец, даже пошевелиться не мог.

— А как вы чувствуете себя сейчас, мастер?

— Беспокоишься о моей здоровье ученик, — рассмеялся Зоб. — Не стоит. Несколько лет я буду в полном порядке.

— А потом?

— Ты опять задаешь слишком много глупых вопросов. Следи за языком.

— Хорошо, мастер, — быстро ответил Алекс. — Просто я был уверен, что эссенция нужна для великих артефактов.

— Так тоже можно… но сейчас есть более приоритетная задача — я!

— Но сколько вам вообще нужно эссенции? В городе же погибли сотни адептов. Разве вам этого недостаточно?

— Эссенции много не бывает. Это — стратегический ресурс. А если мы уничтожим всех посторонних, то сможем пробудить остальных старейшин, хотя… эти дураки прямо сейчас не нужны. Только спорить будут, — хмыкнул Зоб, он говорил легко и непринужденно, словно обсуждал обеденное меню, что вызывало все больше подозрений в его психическом здоровье.

— Мастер, я не думаю, что уничтожать адептов сейчас, это хорошая идея.