Читаем Земные дороги полностью

— Ну, это мы с тобой знаем. Да и не уверен я, что может все обойтись. Конечно, можно всех усыпить даже в многоквартирном доме, но ведь снайперов посадят и на соседних домах. А они могут таких дел наворотить. Да и как ты собираешься разговаривать со спящими людьми? Или тащить всех к нам, а потом уже общаться? А оно нам надо? Нам и так уже селить людей некуда. Как обратно полетим?

— Все равно. Надо предложить хотя бы какую-то альтернативу. Сам же говорил, что для нас главное — доверие людей.

— Ну вот и предложи. Сам думай. Скорее бы уж улететь отсюда.

— Знаешь, я думаю, надо разрешить людям связаться со своими и хотя бы сообщить, что с ними все в порядке. Без подробностей. Все равно о нас уже знают. Ты ведь того фээсбэшника не убил?

— Нет, конечно.

— Ну, я так и думал. Слишком это было не похоже на тебя. Не стал бы ты просто так служивого убивать. Теперь, сам понимаешь, о нас всем, кому надо, известно. И о том, что мы не с Земли, тоже наверняка догадались. Во всяком случае — это одна из основных версий. Да и твоего олигарха уже наверняка нашли и выпотрошили. Так что чего уж теперь.

— Ладно, решай сам. Только никаких подробностей. Жив, здоров, через два-три года свяжусь. И все. Не надо никому о нас знать какие-то подробности.

— Ладно, я подумаю и свяжусь с тобой. О, пошли отзывы заявлений. Прекрасно. Ладно, пошел я.

Мы разошлись. Я пошел к себе, а он, наверное, грудастую искать. Быть ему еще раз женатым. Ну, дело его. Хотя нет, не его — мое. Его в пример ставить надо. Быстрее бы все переженились. А вот то, что детей до сих пор у нас нет, — плохо. Пора бы уже. Надо с Дашкой поговорить, может, хоть беременные есть. А чего откладывать? Сейчас с ней и свяжусь.

Но не получилось. Это что ж такое? Что может такое случиться, что она мне вдруг не отвечает? Где она сейчас? Связался с Витом. Ага. Они с Серегой сейчас у него в каюте. Ну, все ясно. Вот и еще одна ячейка общества, можно сказать, образовалась. Ну, бог в помощь.

До вечера возился с детьми. К ним присоединились еще две Андрюхины девчонки и еще один пацаненок. Верховодила всеми Дашка. Ну, правильно — те-то домашние дети, а эта детдомовская оторва. Но доставали они все почему-то меня. Пришлось спрятаться от них в доме. Посидел немного в гостиной, а потом вышел и завалился за домом в теньке. Думал, не найдут.

Эти не нашли. Зато нашли другие. Пришел Сергей с какой-то девушкой. Оказалось, что это единственная оставшаяся от заявителей. Остальные все отозвали свои заявления. А эта ни в какую. Стали разбираться. Ну что ж, этого следовало ожидать. Больной сын. ДЦП. Пацану четыре года. Хуже всего то, что обещать ей я ничего не могу. Это ведь болезнь центральной нервной системы, возникшая из-за поражения одного из отделов головного мозга. А лечить мозг я не могу. И неизвестно, справится с этим медкапсула или нет. Так ей и объяснил. Согласна на все. Ну, еще бы ей не согласиться. Родители умерли. Муж, как узнал о болезни ребенка, удрал. Если она ничего не предпримет, то ребенка отправят в интернат. Вернее, он уже в интернате. Как только ее положили в больницу, его тут же и отправили. И там тоже, конечно, люди живут, но она готова на все, чтобы помочь ребенку. Я тоже. Ну не зверь же я. А если не получится? Что тогда делать? Ребенка она не бросит. Ее здесь не оставишь. Вычислят и загребут. На больного ребенка никто и внимания не обратит. Потрошить будут ее. Сначала спецслужбы, потом ученые. И не факт, что она после этого в живых останется. Забрать ребенка с собой? Странно, я в Содружестве о такой болезни и не слышал. А ведь я врач самого высокого ранга. Да и у нас таких болезней нет. Хотя это в основном из-за родовой травмы, а у нас, да и в Содружестве тоже, родовой травмы по определению быть не может. Поэтому и болезни такой нет. Ладно, куда деваться, будем забирать.

— Игорь, ребенка из интерната забирайте. Свяжись с Олегом, он решит. Ребенка в медкапсулу. А вас, девушка, предупреждаю: получится — хорошо. Нет — так нет. Отправим обратно в интернат. Но тебя на Земле не оставим. Согласна?

Еще бы она была не согласна. Хотя она была уверена в благополучном исходе. Уж если у нас онкологию лечат. А вот я как раз уверен не был. Ну, посмотрим.