Видно было, что это признание смутило его. Он никогда не готовил что ли? Эльф жестом пригласил сесть. Наш ужин проходил в абсолютной тишине, и только вилки иногда стучали по тарелкам. Я старалась сосредоточиться на еде, но все равно подглядывала за ним. Он ел очень аккуратно, так, как едят на приемах у короля, я видела его манеры, ровную спину, выверенные движения. Аданэдэль осунулся, будто на его плечах лежал слишком тяжелый груз вины, или ответственности. Иногда он грустно вздыхал, а потом снова продолжал есть.
После того, как на тарелках ничего не осталось, я помогла эльфу убрать все в стол, и мы направились в очень уютную гостиную, где несмотря на хорошую погоду горел камин, освещая темноту ночи. Я села в удивительно мягкое кресло, буквально в нем утопая. Рамус лег у моих ног, а Аданэдэнль сел напротив и начал рассказ.
— Что ты знаешь о трехсотлетней войне? Почему, а главное из-за кого она произошла?
— Я думаю, что она произошла из-за Либревиля, принца эльфов.
Аданэдэль кивнул, мрачнея все больше.
— Да, ты права, во всем виноват именно он. Либревиль, мой родной брат.
— Что?! Ты принц эльфов?
— Да, но вернемся к истории. После того, как черный единорог убил моего брата, а война была прекращена, наше королевство было истощено. Физически и морально. Мой отец был раздавлен смертью своего любимого сына, а я… я всегда был в стороне. Он не хотел больше воевать, он хотел оплакать его. Король заключил перемирие и стал холоден, чем обычно. Постепенно, жизнь в королевстве стала налаживаться, восстанавливалось разрушенное, а отец зарекся связываться с Небесными. Через некоторое время он узнал страшную, непоправимую тайну. Ты помнишь, что вместе с Либревилем на встрече с Небесной принцессой была его свита?
— Да.
— Его свиту составляли сыновья только самых родовитых эльфов, приближенных к Королю. Его лучшим другом был сын Советника Его Величества. После того, как Принцесса убила всю его свиту, а Либревиля обезобразила, вся эльфийская знать была озлоблена и желала мести. Но если после смерти брата отец успокоился и заключил мир, то знать, в тайне ото всех готовила огромный план мести, о котором стало известно слишком поздно…
Как я сказал, наступил мир. Отец занимался своими делами, как вдруг тайное стало явным. Он нашел дневник своего Советника, в котором тот описывает все, что они сделали. После рождения дочери Небесной Королевской семьи, они выкрали ее, запечатали ее силу, сделав простым человеком. Без магии, без крыльев, без семьи. Они спрятали ее куда-то, но данных об этом не было. Когда отец нашел этих предателей и начал допрашивать, выяснилось, что они все стерли себе память, чтобы никто никогда не нашел принцессу.
Отец был в ярости. Ты понимаешь, что могла начаться новая война? Еще страшнее предыдущей?
— Понимаю.
Я вся похолодела от ужаса. Вот она правда. Обо мне. Из-за кого то я лишилась семьи, своей жизни. Они отняли ее у меня… С комом в горле я ожидала продолжения, боясь, что он скажет дальше.
— Изменники тот час были убиты, а отец и его доверенные эльфы занялись поиском принцессы. Я хотел помочь, но Король просто отмахнулся. Долгие поиски не дали никаких результатов. Отец сидел в своем кабинете, устало положив голову на стол, а перед ним лежал тот злополучный дневник. Знаешь, я никогда не видел его таким смертельно уставшим. Все эти события сломили его. Они пошатнули его непоколебимую власть. Я спросил его, почему он не уничтожит дневник, а он начал кричать на меня и обвинять во всех бедах.
Эльфийская знать наложила на дневник заклинание сохранения, по которому уничтожить его могут лишь те, кто его наложил. Но они были мертвы… Тогда Король спрятал этот дневник там, где его меньше всего стали бы искать… Элизабет, что с тобой? Тебе плохо?
— Да, прости, что-то мне не хорошо. Ты не против, если мы продолжим завтра? Я хочу спать.
— Да-да, конечно. Тебя проводить?
— Не стоит.
Пошатываясь, я вскочила с кресла и пошла в свою комнату, наскакивая на все углы по дороге. Слезы мешали видимости, а ком в горле не давал нормально вздохнуть. Я даже не задумывалась, идет ли за мной Рамус. Когда я оказалась внутри, то просто легла лицом на кровать и начала кричать, выплескивая свою ярость. Рамус лег рядом со мной, давая время мне выплеснуть все наружу. Спустя какое то время, когда слез уже не осталось, а горло саднило от криков, я уснула беспокойным сном, так и не узнав, что от моей силы в Королевстве эльфов произошло землетрясение, напугав всех до смерти…
С помощью огромного количества лекарей и их магии еле как удалось уложить жену спать. После того, как Ивори узнала о том, что наша дочь не только жива, но и все это время находилась почти что у нас под носом, я не мог успокоить ее ни на минуту. Она порывалась бежать и искать ее, вырвать из лап опасности, в которую однозначно угодила. Я бы и сам отправился за ней, знать бы только куда. Ясно то, что если черный единорог спрятал ее, то ее не найдет ни один из моих следопытов, ни одна магия.