Читаем Земля смерти полностью

— Скажи ему, — подсказала Лидия.

"Замолчи!" — сказал Лашкин.

Входная дверь распахнулась. Картер повернулся, когда ворвались двое русских телохранителей с поднятым оружием.

Картер дважды выстрелил, попав первому в грудь, эти два выстрела отбросили его назад в коридор на второго человека, который произвел выстрел, который вышел из-под контроля, сбив штукатурку с потолка гостиной.

Девушка вскрикнула, и Лашкин перепрыгнул через кушетку.

Картер отступил в сторону, выстрелил вправо, попав Лашкину высоко в грудь, чуть ниже горла, затем снова развернулся и сделал еще один выстрел, на этот раз полностью снес лоб второму телохранителю, кровь брызнула из глаз мужчины, кости, кусочки мозга и волосы забрызгали стену коридора, когда его отбросило назад.

Оба охранника были мертвы; в этом почти не было сомнений. Картер повернулся к Лашкину, чье тело лежало спиной к дивану. Он царапал ужасную рану под основанием шеи, пытаясь дышать, кровь пузырилась из широкой темной дыры.

Лидия рыдала от ужаса, пытаясь помочь ему, но было ясно, что он умирает.

«Это был Кобелев!» — прохрипела она. «Он спланировал это! Он послал за тобой Ганина!

Невозможно. Кобелев был мертв. Картер своими глазами видел, как он умер. Она лгала. "Он умер!"

— Нет, — сказала она. "Он жив. Он возглавил "Комодел" и работает с Ганиным. Они ждут вас."

"Где?"

«В Европе, где-то в Европе».

Вдали завыла сирена. Кто-то сообщил о стрельбе. Картер бросился к двери. В коридоре никто не двигался. Он повернулся, еще немного поколебавшись. Была ли женщина ключом к этому делу? Времени не было. Он не мог взять ее с собой.

"Откуда ты это знаешь? Кто вам сказал, что Ганин работает на Кобелева?

— Он сделал это, ты чертов дурак! — закричала Лидия по-английски. «Гильдебрандт был Ганиным. Он был здесь. Он говорил со мной, сказал мне, что собирается убить твою девушку и что ты за ним придешь».

Лашкин испустил последний вздох, и его тело обмякло, соскользнув с дивана на пол. Лидия посмотрела на него сверху вниз. — Для нас уже слишком поздно, — пробормотала она.

Картер не хотел попасть в ловушку. Он не хотел ни перестрелки с полицией, ни задержания.

Он захлопнул дверь, заперев ее, и надел цепочку безопасности на место. Лидия смотрела на него широко раскрытыми глазами.

"Возьми меня с собой!" — воскликнула она, переступая через тело Лашкина.

Картер пронесся мимо нее и помчался в заднюю спальню, где распахнул створчатое окно. Пожарная лестница вела во двор. Там пока никого не было, но сирены уже выли рядом, и их было много.

Лидия заплакала. — "Он убьет меня! Возьми меня с собой! Пожалуйста! Не оставляй меня здесь!"

Картер повернулся к ней. Она была ключом? Была ли она той приманкой, которую заготовил для него Ганин? Европа, сказала она. Кобелев и Ганин. Было ли это возможно? У него закружилась голова. Он был там, когда умер Кобелев! Он видел это своими глазами!

Лидия сорвала с себя пеньюар и натягивала брюки, которые валялись на полу. Ее груди были большими и хорошо сформированными, с темно-розовыми сосками, теперь, когда она испугалась.

Им манипулировали! Кобелева когда-то называли «кукловодом». Это было его специальностью. Воняло извращенной гениальностью этого человека.

Картер убрал свой «люгер» в кобуру и нырнул через окно на пожарную лестницу. Лидия перепрыгнула через кровать к открытому окну.

«Не оставляй меня!» — воскликнула она, потянувшись к нему.

Картер ускользнул от ее хватки, долго смотрел ей в глаза, затем, не говоря ни слова, повернулся и спустился по пожарной лестнице.

Внизу он спрыгнул во двор и посмотрел вверх, но светловолосой головы уже не было. Европа, сказала она. Это было приманкой. Кубинец на последнем издыхании назвал Лашкина, приводя Картера в Нью-Йорк. Но информация о Ганине была у женщины.

Перед входом завыли сирены, когда Картер поспешил через двор, через ворота и за угол.

Полицейские машины мчались по улице, когда он нырнул в тень дверного проема. Когда они проехали, он продолжил движение по широкому кругу туда, где припарковал свою машину, затем направился обратно из города, на этот раз на север, к Адирондаку и своему убежищу.

Аркадий Ганин отошел от окна второго этажа многоквартирного дома напротив дома Лашкина как раз в тот момент, когда к уже стоявшим четырем присоединились две милицейские машины. Он позволил занавескам медленно вернуться на место.

Из динамика портативной рации, установленного на столике рядом с кроватью, доносились голоса. Ганин слушал полицейские переговоры, Также записанные с телефона в квартире Лашкина и с раций телохранителей.

Он улыбнулся про себя, выключил рацию и упаковал ее в чемодан.

Картера хорошо подставили. Охранники невольно сделали свое дело, Лашкин, полный дурак, сделал свое, а девка... Ганин помедлил. Он был доволен ею. Она отреагировала именно так, как он и предполагал. Она говорила и делала то, что он думал, вплоть до того, что бросилась на Картера.