Читаем Зеленое небо полностью

Певица понуро сделала движение к двери.

— Впрочем, нет, подождёт твой Валера. Сначала я попрощаюсь с тобой как следует. Ведь теперь мне всегда надо будет сдерживать себя по отношению к тебе.

Он стал целовать её, снова унёс на кровать в спальню, где они опять любили друг друга с огромнейшей нежностью. Одежда обоих влюблённых опять полетела на пол. Они нежно гладили друг друга по волосам, по лицам, по спинам, как будто хотели запомнить друг друга навсегда перед расставанием навеки.

— Толя, ты всё же не совсем справедлив ко мне, — сказала артистка, когда всё закончилось. — Да, я согласна, во мне очень много эгоизма, но я всё же любила и люблю тебя больше Валеры. Иначе бы меня здесь не было. Только жаль, что я поняла это так поздно. Валера для меня только как друг, не больше.

— Может, это и правда, — с вселенской горечью в голосе ответил ей звукорежиссёр. — Только уже действительно слишком поздно. Дважды в одну в реку не войдёшь. Катя для меня то же самое, что для тебя Валера. Она просто мой друг, самое большее только сестра. Поэтому у меня с ней больше ничего не может быть.

— Хоть это радует, — улыбнулась певица. — А то, когда я узнала, что ты вместе с ней, стала сходить с ума от ревности.

— Правда? — молодой человек взглянул на неё с живейшим интересом.

— Вот именно. Святая и чистая правда.

— Что тоже радует меня, Алиса. Не может не радовать. Но мне кажется, что сейчас в тебе говорит боязнь одиночества, вот тебе и кажется, что ты любишь меня. Эгоисты всегда боятся одиночества, как бы они не хорохорились, что им в жизни на всё наплевать. Это до поры до времени, пока не клюнет жареный петух. Альтруистам достаточно осознания того, что они могут бескорыстно помогать людям. Одиночество они тоже переносят тяжело, но легче, чем эгоисты. Намного легче. Во всяком случае, это моё личное мнение. Может, я и не прав, не знаю. Я вовсе не претендую на то, чтобы изрекать прописные истины. Я, знаешь ли, всё — таки не философ.

— Я думаю, что это всё сугубо индивидуально, Толя. Ведь мы же не можем заглянуть в души каждого человека. И всё же я люблю тебя. Ты во многом, да что там мелочиться, во всём лучше Валеры. У тебя намного лучше характер, ты более красивый, чем он, намного добрее, умнее, как любовник ты тоже лучше его. Валера очень хороший друг, но не более.

— Ого, надо же сколько во мне достоинств! — у мужчины весело заблестели глаза. — Я даже сам не ожидал. Мне казалось, что весь состою из одних недостатков.

— Из недостатков разве что только один. Ты иногда сильно давишь на меня по поводу создания семьи. Да, ждать десять лет до рождения нашего ребёнка действительно слишком долго. Я только что подумала об этом и поняла, что ты прав, обижаясь на меня за это. Но и сейчас я ещё не готова стать мамой. Давай хотя бы истечёт срок моего контракта с Кучеренко, вот и поговорим об этом.

— Алиса, я так и знал, что ты это скажешь. Вот только наша жизнь проходит сейчас. В ней ничего нельзя оставить на потом.

— Что ты, Толя, имеешь в виду?

— Если бы ты любила меня, как ты говоришь, то согласилась хотя бы выйти за меня замуж. Ладно, ты не хочешь детей, но чем бы тебе помешал наш брак? Тем более, обычно мужчины так трясутся над своей свободой, а женщины хотят замуж. У нас же всё наоборот. Я, мужчина, не знаю какие подобрать слова, чтобы ты вышла за меня, а ты, хоть и женщина, всё боишься утратить свою самостоятельность. Я бы не запрещал тебе петь в твоей группе, но и совсем ничего плохого не вижу в нашей свадьбе. Я бы уж точно не пожалел на неё денег, так что не беспокойся! Я считаю, что свадьба — это праздник один раз и на всю жизнь, она была бы у нас по самому первому разряду. Кто знает, как повернётся дальше жизнь: вдруг мы не то, что пожениться, но даже совсем не сможем быть вместе, но уже не по нашей воле? Впрочем, дорогая, мне уже надоело уговаривать тебя. Живи как хочешь. Ты для меня вольная птица, которая хочет летать на свободе. Увы, ты не моя. Поэтому я сам подарю тебе свободу. Я буду ждать тебя. Может, однажды наступит тот день, когда ты, наконец — то, налетаешься и вернёшься ко мне навсегда? Если же нет, то такова моя жизнь. Я прошу тебя только о двух вещах: пожалуйста, не лишай меня общения с собой, второе — будь счастлива. Если я ещё смогу прожить, хотя и с большим трудом без первого, то без второго, точно нет. И помни, я думаю, что вечно буду любить тебя.

— Договорились, — кивнула Алиса сквозь слёзы. — Ты такой великодушный!

— А теперь иди домой. Валера точно уже заждался тебя, так что не будем мешать ему встретиться с тобой.

— Хорошо, милый. Я иду. Только, я прошу, не называй его моим. Сегодня же я разорву отношения с Валерой раз и навсегда. То, что сейчас не хочешь быть со мной, не позволит мне оставаться с ним. Я никогда не вернусь к нему.

Артистка с вызовом во взгляде взглянула на Толю: мол, ты не веришь, что я уйду от гитариста? Тогда я всё же докажу тебе, что способна на это.

— Посмотрим, — сообщил он.