Читаем Здравствуй, Чапичев! полностью


И далее — от штаба стрелкового полка до штаба армии, от штаба армии до Военного совета фронта, от Военного совета фронта до Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик: «Достоин», «Достоин», «Достоин».

ПРОЩАНИЕ С ДРУГОМ

Сражен вражеской пулей. Умер. Похоронен. Посмертно награжден. Все записано, все указано в этих документах. Все точно и неопровержимо. И все же я не знаю, что сказать тебе, Яков, прежде чем напишу последнее слово этой книги, прежде чем поставлю последнюю точку.

Сказать: «Прощай» — не могу.

Я никогда с тобой не расставался и не расстанусь. Ты живешь в моей душе, как я, наверное, жил бы в твоей, будь судьбе угодно, чтобы мы поменялись местами в том последнем твоем бою под Бреслау.

Сказать: «До свидания» — не могу.

Я знаю, мы уже никогда и нигде не свидимся больше с тобой, Яков. Никогда и нигде.

И я говорю то единственное, во что верю, то единственное, что приемлю разумом и сердцем: «Здравствуй, Яша! Здравствуй, товарищ Чапичев!» И вчера, и сегодня, и завтра, отныне и навеки — «Здравствуй!»


1961-1962 гг.

Тбилиси.



Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее