Не, главное — логика не… это самое… непрозрачная. Непонятно, короче. Вот стрілець — уцопал свой один АК за цівку и потопал. Снайпер тоже: одна посада — одно ружжо. Даже пулеметчик, со своей свинцовой оглоблей… но ведь с одной! А у гранатометчика — и калаш, и труба лаунчера, и вот этот вот подсумок тяжеленный для морковок. Один человек — а оружия два.

Мысль сия глубокая обычно подвергает эрпэгэшника в глубокие и печальные раздумья, и череда смутных безумных мыслей, неуклюже лавируя между «две зброи легче потерять, чем одну» и «надо по дрова сходить, буржуйка згасає», неизбежно приходит к «мля, так еще и прицел ПГО-7 в военник записали!» Печален лик гранатометчика, скучен и даже несчастен.

Ровно до выстрела.

У него всегда все скручено, и выстрелы торчат из рюкзака, как пеньки акаций в донбасской посадке после зимовки-на-ВОПе. У него пго-шка сведена по вот этой вот безумной мишени из двух кругов, нарисованной ночью фломастером на обороте карты. Он стреляет… и граната со вставкой под взрывателем, улетает, распушая хвост дыма в падающую атошную весну, и такой вот бах! — и все такие «ни хера себе!», и коммандер такой «общий залп!»

И три лаунчера выплевывают куски металла четко с запада на восток, три гранаты по пологой траектории взвиваются в пропитанный радиоэфиром грязный воздух. Эрпэгэшник безумен, и труба его — свирель древнего жестокого бога, решающего чью-то жизнь «у визначений ділянці на визначену відстань».

Люби гранатометчика — он твой брат, безумный в своей жестокости.

Песни народов АТО

Баста (Ноггано)

Застрахуй Братуху