Гарри сказал, что из вранья ничего хорошего не выйдет. И нет ничего плохого в том, чтобы влюбиться, и теперь Вайолет пора перестать их обманывать и все им рассказать. Она должна прямо и честно признаться Джорджу и объяснить все Элизабет. Объяснить, что нет причин для обид и обвинений.

Ах, если бы все было так просто! Жена Гарри, давно исчезнувшая из поля зрения, жила где-то на западе Англии с новым мужем и не представляла проблем. Детей у Гарри нет. Он только обрадуется, если Элизабет захочет с ними жить. Он собирался открыть новый бизнес, и на втором этаже над помещением будет их квартира, где вполне хватит места для девочки.

Вайолет решила признаться за день до шестнадцатого дня рождения Элизабет и знала, что муж и дочь это предчувствовали. Майское солнце ярким пятном горело на поверхности стола и на беспокойных руках Вайолет, которые никак не находили себе места, пока она говорила.

Отец молчал. Просто сидел, опустив голову.

– Джордж, прошу тебя, скажи что-нибудь! – взмолилась Вайолет.

– Что тут скажешь? Ты ведь уже все решила.

– Папа, не дай ей уйти, скажи что-нибудь, покажи маме, что ты хочешь, чтобы она осталась, – умоляла Элизабет.

– Мама и так знает, что я хочу, чтобы она осталась.

– Папа, не будь таким слабаком! Сделай что-нибудь!

Джордж поднял голову:

– Почему именно я слабак? Почему именно я должен что-то говорить и делать? В чем я виноват? Я, как все, тянул свою лямку. И вот до чего дошло.

– Но, Джордж, нам нужно поговорить, обсудить, как поступить, как действовать дальше.

– Делай что хочешь.

Элизабет встала:

– Если вы хотите обсуждать дальнейшие действия, как на войне, то я вам тут только помешаю. Я пойду наверх и спущусь, когда вы закончите.

Джордж тоже встал:

– Что тут обсуждать? Вайолет, ты можешь делать что хочешь и поступать как вздумается. Я полагаю, ты хочешь развод, но ты же не предлагаешь мне дать для него основания?

– Нет, конечно…

– Прекрасно, тогда, как только все будет готово, найди поверенного, чтобы написать письмо…

– Но, Джордж…

– О чем тут еще разговаривать? Я пойду прогуляюсь. Вернусь к чаю.

– Но, папа, ты не можешь просто уйти, какая прогулка, вы ведь ничего не решили…

– Джордж, а что насчет Элизабет? Что мы будем делать? Ты… я имею в виду…

– Элизабет уже взрослая девочка, ей почти шестнадцать. Она может уйти с тобой, или остаться здесь, или жить на два дома… Я полагаю, у вас будет дом? Твой друг ведь не думает, что ты будешь жить с ним в его фургоне? – Джордж дошел до входной двери. – Я вернусь к чаю, – повторил он и закрыл за собой дверь.

Вайолет и Элизабет переглянулись.

– Жаль, что папа такой слабак. Он тебя немного побаивается, вот в чем дело, – сказала Элизабет.

Вайолет открыла рот, но горло перехватило под наплывом эмоций. Она подошла к дочери и взяла ее за руку:

– Ты меня понимаешь?

– Да, мама, кажется, понимаю, – вздохнула Элизабет. – Это ужасно, но я думаю, что понимаю. И не переживай так. Если причина твоего ухода к мистеру Элтону в том, чтобы дышать полной грудью, радоваться жизни и все такое, то какой смысл чувствовать себя виноватой и несчастной?

– Я ведь не за тридевять земель уезжаю! Тут совсем рядом. Ты будешь ко мне приходить? Гарри хочет, чтобы ты приходила, и я тоже. Очень хочу.

– Нет, мама, я не могу. Кто-то ведь должен позаботиться о папе. Если я буду приходить к тебе часто, то я… – Голос Элизабет дрогнул.

– Что, милая? – Вайолет смотрела на нее, пытаясь помочь найти слова.

– Я… я просто подумала, может, все так получилось, потому что я уехала? Если бы я осталась здесь во время войны, может, вы с отцом чувствовали бы себя семьей? У вас было бы что-то общее, что связывало вас…

– Бедная моя девочка! – Вайолет обняла дочь, прижала к себе и покачала в объятиях, зарывшись лицом в ее светлые волосы. – Милая, все эти бессмысленные годы, когда мы с твоим отцом делали вид, будто живем как нормальные люди, ты была единственным, что придавало жизни смысл. Ты – единственное, что хоть как-то оправдывает все ошибки, которые мы совершили за семнадцать лет, и Джордж тоже так думает. Если ты начнешь винить себя, то это станет последней каплей.

Мама сидела и говорила еще целый час про одиночество и возраст, про страх сойти в могилу, так и не почувствовав вкус жизни. Говорила про войну и бомбежки, про людей, начинавших жизнь заново. Неловко упомянула, что Джордж может найти хорошую женщину, которая будет разделять его интересы. А потом, к ужасу Элизабет, пошла наверх собирать вещи.

– Мама, ты уходишь прямо сейчас! – закричала Элизабет.

– Милая, ты же не думаешь, что я приготовлю ужин и буду разговаривать с твоим отцом как ни в чем не бывало после того, как призналась ему в измене и желании уйти?

– Нет, конечно не думаю…

Глава 7