Читаем Зазеркалье полностью

– Ну вот, мы это сделали, – обратилась Алиса к Тесаку, но Тесака уже не было рядом.

Волк прыгнул в толпу солдат. Он кусал, он царапал, он рвал. Лилась кровь, кричали люди, яростно размахивая кинжалами, пытаясь остановить зверя. Один из мужчин, прицелившись, метнул нож, но Тесак стремительно отскочил, и клинок вонзился в шею другого стража.

– Ведьма! Ведьма! Взять ее! Схватить ее! Усадить на очистилище!

Двое мужчин отделились от схватки и кинулись к Алисе.

Алиса спокойно шагнула за порог дома, пристально глядя на бегущих солдат. И те замерли. Их вытянутые руки застыли в считаных дюймах от несостоявшейся добычи.

– Не прикасайтесь ко мне, – предупредила Алиса. – Прикоснетесь – сгорите.

Воздух вокруг нее задрожал, подернулся маревом, как жар над костром. В этот момент она поняла, что способна на все.

«Сила – опасная штука. Я могу убить их всех, так, как убила мальчишку в том страшном доме, полном чудовищ. Могу расколоть землю, чтобы их деревня провалилась в расщелину. Могу поджечь людей изнутри, чтобы они горели, горели так, как горела вчера на этом их очистилище маленькая девочка».

Толпа росла, люди сбегались на крики и вой, все больше мужчин пыталось поймать волка-Тесака, остановить его, но он сделался сейчас орудием смерти, не ведая ничего, кроме клыков, когтей и густой теплой крови. Любой, приблизившийся к нему, расплачивался за свою неосмотрительность.

Мужчины, собиравшиеся схватить Алису, отпрянули от нее. Глаза их наполнились ужасом. А она ведь не сделала ничего особенного, только сказала им, чтобы они не прикасались к ней. Она не сотворила ничего магического. Но магия была с ней, окружала ее незримым ореолом, и только дурак полез бы сейчас к волшебнице.

– Ведьма! Ведьма! – продолжала вопить Вильгельмина Рэй.

Голос ее походил на назойливое воронье карканье.

Большинство жителей деревни испуганным полукругом теснились возле того места, где Тесак дрался с солдатами. Несколько женщин плакали, прижимаясь друг к другу.

«Что мы наделали?» – промелькнуло в голове Алисы. Но тут она вспомнила, как те же самые женщины окружили вчера ночью Джейн Блэквуд и кричали от радости, глядя на горящую девочку. Одна из них даже, возможно, была матерью Джейн, матерью, предавшей дочь, матерью, без колебаний отдавшей своего ребенка главе деревни.

«Они все заслуживают того, что получают. Все».

Тесак уже стоял в одиночестве, с залитой кровью мордой, а вокруг него лежали те, кто пытался задержать его.

Оскалив зубы, он негромко зарычал на главу деревни.

Вильгельмина Рэй тоже стояла одна, и жители деревни смотрели на нее испуганными глазами. Никто из них не осмеливался приблизиться сейчас к госпоже. Обвиняющий перст Вильгельмины Рэй указывал на Алису, но кричать женщина перестала. Ее странные пурпурные глаза пылали тем же огнем, который окружал и Алису.

Над площадью сгустились грозовые тучи. Зарокотал гром. И Алиса поняла, что Вильгельмина Рэй собирается призвать молнию, обрушить ее на Алису и Тесака и тем доказать деревне, что пришельцы – нечистые души.

– Не бывать этому, – сказала Алиса.

Она взмахнула рукой – почти небрежно, – и Вильгельмина Рэй, отлетев, рухнула прямо на очистилище. Цепи тотчас обвили ее руки.

– Нет! – взвыла Вильгельмина. – Я чиста! Я – орудие богов!

Оглушительный раскат грома встряхнул гору. Со скал наверху посыпались камни.

– Думаю, пришла пора тебе испытать на своей шкуре очищение, – сказала Алиса.

Молния с шипением сорвалась с неба и ударила в очистилище. Вильгельмина Рэй закричала.

Жители деревни столпились вокруг помоста, как будто кто-то позвал их туда. И секунду спустя Алиса услышала, как их голоса сливаются в хор:

– Виновна, виновна, виновна.

– Я невиновна! – вопила Вильгельмина Рэй. – Я не могу быть виновна!

– Виновна, виновна, виновна, – повторяли ее подданные.

Снова ударила молния, и снова раздался крик.

Тесак встал рядом с Алисой. Никто из людей уже не обращал на пришельцев никакого внимания.

– Пожалуй, тебе лучше вновь обернуться и одеться, – сказала Алиса. – А еще ты уронил там мешок.

Волк ткнулся носом в ее ногу и рысцой вернулся в дом.

В железный стержень очистилища вошли еще две молнии. Алиса поражалась, отчего Вильгельмина Рэй даже не пытается спастись.

«Должно быть, в глубине души она понимает: то, что она делала, – неправильно, – решила Алиса. – И верит, что теперь должна быть наказана».

Алиса обнаружила, что ей не очень-то жалко главу деревни.

Тесак тронул ее плечо:

– Пойдем, пока они отвлеклись.

– Теперь они не станут преследовать нас, – сказала Алиса. – Они нас боятся.

– Несчастливое это место. Ни к чему тут задерживаться дольше необходимого.

– Ты прав, – кивнула Алиса.

И они, развернувшись, покинули деревню, хотя еще долго слышали громовые раскаты и видели вспышки молний.

* * *

Много дней Алиса с Тесаком не говорили об этой деревне.

Но однажды, почти три недели спустя, Алиса спросила:

– Какая же мать способна вот так предать своего ребенка?