Читаем Затерянные полностью

– Капитан береговой охраны Эрих фон Шаубе, командир отряда панцер-пловцов «Эккернферд»,– представился офицер. В его английском чувствовался легкий акцент.– Прибыл в ваше распоряжение.

– Первый лейтенант морской пехоты Кэтрин О’Ливи, дежурный комендант объекта №257. Очень рада вас видеть на станции. К сожалению, у нас здесь чрезвычайная ситуация, так называемый «красный режим». Так что времени для акклиматизации у вас не будет. Придется прямо сейчас выводить ваших людей на патрулирование.

– Я знаю, меня предупредили еще на материке. Мои солдаты через четверть часа закончат выгрузку снаряжения и будут готовы приступить к дальнейшим действиям. Мне нужен план дислокации и… как это по-английски? Брифинг.

– Вот здесь план станции с отметками зон ответственности и схем патрулирования по внешнему периметру и на первых двух уровнях станции. Третий, самый нижний уровень в вашу зону ответственности не входит. А вот этот файл содержит план дислокации отряда с расшифровкой.– Кэтрин протянула капитану компьютерный планшет.– Общий брифинг сейчас начнется. Так что присаживайтесь и знакомьтесь с остальными. А мне пока надо кое-что уточнить, извините.

Как только немец отошел, Кэтрин вызвала по интеркому главного диспетчера:

– Джонни, ты запрашивал материк? Что тебе сказали в управлении папаши Конрада?

– Сказали, что, по их мнению, пока все происходящее больше похоже на провокацию. Прощупывают нас русские. Из АРБ в управление Флота сообщили, что диверсионная группа, которую готовили в Крыму специально для штурма станции, на эскадру еще не переброшена. Эта информация точная. Другие крупные диверсионные или штурмовые подразделения МД на подходе к станции не замечены. Неотслеженными остаются только две легкие подлодки. Но это означает максимум две дюжины незваных гостей на нашу голову. И принято считать, что ближе чем на десяток миль они к нам незамеченными все равно подойти не смогут, даже под прикрытием маскирующих систем своего флагмана. Так что если через пятнадцать минут русские надводные корабли не пересекут границу наших территориальных вод, а повернут восвояси или будут торчать прямо на границе, то папаша Конрад не станет поднимать флот на уши. В этом случае с возможными эксцессами придется справляться теми силами, которыми сейчас мы располагаем. Руководство рекомендует не привлекать излишнего внимания. Вот такие директивы. Короче, все как обычно. В утешение могу лишь добавить, что с военного аэродрома на остров Крит по распоряжению Большого Брата подняты два стареньких АВАКСа под прикрытием звена перехватчиков F-117, которые ближайшие пару часов будут ненавязчиво присматривать за нами. А чуть севернее скоро развернут две обещанные папашей Конрадом подводные авианесущие платформы с истребителями-беспилотниками.

– Насколько скоро? – решила уточнить Кэтрин, вспомнив о подозрительном воздушном конвое из Сирии.

– Полчаса плюс-минус десять минут,– лаконично ответил оператор.

– Хорошо, я все поняла. Если с материка будет что-то новое, сразу вызывай меня. Отбой.

– Понял. Отбой.

Ситуация стала предельно ясной. Настенные электронные часы показывали половину десятого. Пора было начинать совещание и определять план дальнейших действий здесь, на станции.

– Итак, господа офицеры, внимание! – Кэтрин присела на край своего стола.– Начинаем брифинг. Вы все вкратце ознакомились с создавшейся ситуацией. Могу только добавить, что полновесную поддержку флота мы получим только в случае прямого нападения кораблей и подлодок потенциального противника, то есть в данном случае – Третьей Балтийской эскадры. По мнению командования, действия русских носят сейчас чисто провокационный характер и явно агрессивных действий по отношению к объекту №257 с их стороны ждать не приходится. Хотя не исключается возможность разведывательного рейда силами двух легких подводных лодок класса «Буфал» с двумя дюжинами боевых пловцов на борту. В этом случае с нашей стороны предполагается адекватное противодействие.

– Я так понимаю, под адекватным противодействием руководство с материка подразумевает, что при обнаружении этих двух субмарин в нашей зоне контроля мы не можем сразу утопить их к чертовой матери торпедным или лазерным ударом? Как обычно, будем старательно делать вид, что у нас тут исключительно гражданский объект гуманитарного назначения с чисто полицейским охранением. Так, что ли? – сразу же решил внести ясность Фрэнк Уоллес, переживавший, что вся тяжесть предстоящей операции по обеспечению защиты станции на дальних подступах к внешнему периметру ляжет на плечи исключительно его людей.

– Да. Именно такие директивы мы получили от командования, Фрэнк,– не стала отрицать очевидное Кэтрин.

– Тогда объясните мне, зачем был объявлен «красный режим», расконсервированы и поставлены на боевое дежурство резервные стационарные лазерные орудия и торпедные батареи, эвакуирован гражданский персонал, прислали подкрепление, если командование уверено, что нам ничего серьезного не угрожает? – не унимался командир «Тюленей».